В Минске на марш против Лукашенко вышло 100 тысяч человек. Силовикам пришлось отступать

«Мы продолжаем гнуть свою линию и мирно, но настойчиво требовать исполнения трех пунктов народного ультиматума: отставка Лукашенко, освобождение политзаключенных, расследование преступлений силовиков. 18 октября мы, потомки белорусских партизан, пройдем мирным маршем по Партизанскому проспекту и выразим солидарность с рабочими заводов», — такое объявление в субботу вечером появилось сначала на главном оппозиционном Telegram-канале Беларуси Nexta, а затем в дворовых чатах и даже (в распечатанном виде) в некоторых подъездах.

К 22-м выходным протеста (выступления проходят с 24 мая) Беларусь подошла со следующими исходными:

• на уличные шествия против Александра Лукашенко в Минске стабильно выходит около 100 тысяч человек;

• в Солигорске бастуют шахтеры «Беларуськалия», в Гродно — стачка на заводе азотных удобрений, в Новополоцке — на нефтеперерабатывающем заводе «Нафтан». В Минске протестуют рабочие сразу пяти предприятий: тракторного, моторного, электротехнического и автомобильного заводов, а также «Белкоммунмаша»;

• помимо рабочих, бастуют студенты и преподаватели. Флагманы — Минский государственный лингвистический университет и Белорусский государственный университет информатики и радиоэлектроники. Их поддерживают учащиеся еще девяти столичных вузов. В регионах наиболее активно протестуют студенты Гродненского и Могилевского государственных университетов, Витебского государственного технологического университета, Гомельского и Брестского государственных технических университетов;

• оппозиция выдвинула Александру Лукашенко ультиматум: уйти в отставку до 25 октября. В противном случае начнется общенациональная забастовка;

• замминистра внутренних дел Беларуси Геннадий Казакевич заявил, что милиция готова применять против протестующих боевое оружие.

***

За 45 минут до старта «Партизанского марша» «в целях безопасности» власти закрывают шесть станций метро: «Октябрьская», «Купаловская», «Немига», «Первомайская», «Пролетарская» и «Площадь Ленина». С каждой из них легко добраться до маршрута шествия. Через 15 минут — видимо, тоже в целях безопасности — в центре Минска отключают мобильный интернет.

В 13.55 я смотрю на площадь из окна железнодорожного вокзала. На первый взгляд за окном — обычная жизнь: снуют туда-сюда маршрутки, порознь стоят небольшие группы людей. Никаких признаков готовящегося протеста.

И вдруг все меняется. Марш начинается из залов ожиданий, из магазинов и привокзальных кафе. Люди встают с кресел и направляются к выходу. Вокзал пустеет наполовину.

На улице в поток вливаются те, кто только что ждал маршрутку, потягивал колу в Макдоналдсе, бродил по торговому центру.

Я иду с сотней молодых парней и девушек вдоль широкой Ульяновской улицы. Из карманов, из сумочек они на ходу достают бело-красно-белые флаги, повязывают их на шее. Сзади на переходе — еще одна группа, а со стороны вокзала идет еще одна. Со Свердлова, с Белорусской, с Ленина с разных сторон большими и маленькими группами идут и вливаются в общее шествие новые и новые люди. На узкой Октябрьской улице они образуют сплошной поток. Сколько их здесь? Я вижу (навскидку) тысячи три. Но не вижу конца.

Мимо проезжает «бусик» с омоновцами. Они тоже оценивают число протестующих. Оценив, сворачивают в ближайший переулок — с такой толпой им не совладать.

Когда мы выходим на Партизанский проспект, по которому должен двигаться марш, выясняется, что по всей ширине проспекта плотно стоят люди — бело-красно-белое море, продолжающее подпитываться из соседних артерий. «Живэ Беларусь!»

***

— Политика Александра Лукашенко никогда меня не устраивала. Мы знали, что у нас выборы — не выборы, что они фальсифицируются каждый раз, — Алексей, предприниматель лет сорока, стоит на проспекте с плакатом «За свободу слова». — На президентских выборах я пробовал попасть в избирательную комиссию. Собрал подписи от жителей своего района. Но оказалось, что в комиссию не пускают случайных людей: ее членов выбирали сотрудники районной администрации, которые сами не избираются. При этом даже прийти посмотреть на их голосование было нельзя — якобы из-за ковида.

О свободе слова в Беларуси Алексей говорит просто: ее нет.

— Нет независимого телевидения. За неудобный репортаж журналиста могут отправить в тюрьму. Единственная возможность получить правдивую информацию — интернет, и то в большей степени — Telegram-каналы.

«Нельзя выйти на улицу с плакатом против действующей власти: тебя сразу подведут под административный арест».

Бизнес Алексея — образовательный: его компания учит детей программированию и робототехнике.

— Экономическая политика Лукашенко меня как бизнесмена тоже не устраивает. В Беларуси государственный сектор экономики поддерживается за счет частного. На заводах производится неконкурентоспособная продукция, но их не модернизируют, а просто дотируют из бюджета, в том числе — из налогов, заплаченных предпринимателями.

Со стороны железнодорожного вокзала на проспекте стоят в четыре ряда автомобили. Дорога перед ними свободна, но машины не разъезжаются.

— Мы блокируем подъезды, чтобы в тыл ребятам не смог заехать ОМОН, — говорит один из водителей. — Есть такое сообщество в Telegram — «Водители 97%», — это по числу реально проголосовавших за оппозиционных кандидатов. Координируемся через него. Кто-то сейчас стоит на МКАД, кто-то блокирует проезд на Партизанский с вокзала. «Бусики» просто не могут проехать. А что такого? Ну сломался посреди улицы — бывает.

Шествие начинается. Партизанский проспект свободен. ОМОНа и милиции действительно не видно. В колоннах рядом идут люди, возраст — от 20 до 70. Идут семьями. Отец с сыном несут большой бело-красно-белый флаг. Колоссальное народное единение.

«Верым, можам, пе-ра-можам! Верым, можам, пе-ра-можам!» — катится от первых рядов к замыкающим. Плакатов в руках протестующих немного. «Последний сезон» — надпись над портретом грустного Лукашенко в тюремной робе. «Подготовка к выборам. Тихановская — многотысячные митинги. Лукашенко — автозаки, водометы, ОМОН».

В толпе замечаю мужчину с российским триколором. Максим переехал в Минск из Перми 10 лет назад — женился на белоруске.

— Я хочу показать, что Россия — не враг Беларуси, — говорит он.

— Но мне не нравится политика Александра Лукашенко, потому что я боюсь за своих детей. Был не один случай, и не только в этом году, когда на молодых ребят, гуляющих в парках, вдруг нападала милиция или ОМОН. В 2017 году такое нападение было после одной из политических акций. Силовики решили, что ребята участвовали в митинге, хотя в реальности они никакого отношения к акции не имели. Их били дубинками по головам.

На вопрос, как Россия должна реагировать на белорусские протесты, Максим отвечает: «Путину нужно поговорить с Тихановской. Неважно, в каком качестве: как с избранным президентом или как с лидером оппозиции. Искать выход из политического кризиса нужно именно со Светланой Тихановской. Может быть, они вместе смогут придумать сценарий, по которому Лукашенко уйдет, получив гарантии безопасности для себя и своего окружения».

Толпа продолжает идти по Партизанскому проспекту. Из окон ее приветствуют местные жители: машут бело-красно-белыми флагами, открывают лоджии с висящим на них белым и красным бельем. На одном из балконов молодая компания выстраивается в линию: лист белой бумаги — красные трусы, лист белой бумаги — красная футболка, снова лист белой бумаги. Из окон хлебозавода № 3 протестующим машут рабочие. На рабочих у белорусской оппозиции особая надежда. 26 октября, если Александр Лукашенко не уйдет в отставку, в стране должна начаться всеобщая забастовка. Протестующие верят, что она возможна.

— Сегодня наш народ един как никогда, — объясняет Микола, мужчина лет 35. — Уже сейчас в стране бастуют рабочие многих предприятий. Не вижу причин, чтобы этот протест не расширился.

— Но ведь если люди не будут работать, у них не будет зарплаты. Не на что будет жить.

— Во-первых, многие белорусы уже потеряли работу. Но не остались без денег. В стране сейчас колоссальная взаимовыручка. Может быть, вы слышали о фондах, которые помогают тем, кто из-за протестов остался без работы? Это наш ответ на репрессии. Но даже и без фондов: белорусам не привыкать сидеть без денег. У нас каждые четыре года деноминация, у нас стабильная бедность. Перетерпеть ее ради того, чтобы скинуть этого пацука [крысу], не так уж и сложно.

— А что дальше?

— Примеров успешных революций в мире много. Та же Чехия. Я думаю, мы найдем свой путь. Мы изберем нового президента, вернем законность в страну, наладим жизнь.

На вопрос, как России правильно реагировать на белорусские протесты, Микола отвечает:

— Владимиру Путину нужно или не реагировать вообще, или говорить с народом Беларуси. Россия, если отвернется от нашего диктатора, только выиграет.

***

Марш должен продолжаться до метро «Могилевская» — окраины Минска. Но на подходе к предпоследней станции, «Автозаводской», протестующих встречает стена ОМОНа. На проезжей части бойцы натягивают колючую проволоку и выстраиваются за ней с оружием. Наготове четыре водомета. Люди останавливаются в 100 метрах от силовиков. Несколько смельчаков идут вперед, подходят почти вплотную к «колючке», и тут из-за водометов выбегает отряд. Одного протестующего ловят, волокут за ограждения.

— Поворачиваем, поворачиваем! — раздается в толпе. Демонстрация начинает искать обходной маршрут.

Около универмага «Беларусь» к толпе подъезжают три микроавтобуса с ОМОНом. Из черных утроб выбегают люди в черном, но происходит неожиданное: никто из протестующих не бежит от них. Встают стеной. Силовики отступают.

— Че, испугались?! — кричит им вслед парень в серой куртке.

На пересечении Партизанского проспекта и улицы Жилуновича — еще один «привет» от ОМОНа: микроавтобус проезжает рядом с демонстрантами, из открытого окна раздаются выстрелы (в воздух), затем в людей летят две светошумовые гранаты. Силовики звереют от бессилия. Пытаются микроавтобусами перекрыть проспект — толпа идет прямо на них. «Стражам порядка» вновь приходится отступать.

Демонстрация поворачивает на улицу Ванеева, продолжает двигаться на окраину города. «Пошел! Вон! Ты и твой ОМОН!», «Диктатуре нету места от Хабаровска до Бреста!», «Три-бу-нал! Три-бу-нал!».

— Мы хотим избавиться от кошмара, который уже 26 лет с нами, — говорит Ольга, женщина средних лет. — Я врач. Ставка врача — 400 белорусских рублей (12 000 российских). Чтобы выжить, приходится работать на две ставки: с 8 утра до 9 вечера каждый день. А ведь Лукашенко обещал, что у всех белорусов будет зарплата не меньше 500 долларов. Я знаю зарплаты продавцов в Могилеве — 350 рублей, кондукторов — 280. Я вижу, что наш президент врет. Что ему очень нравится власть, но он не готов работать на свой народ.

— Я занимаюсь предпринимательством в сфере строительных работ, — подхватывает Елена. — У меня совсем небольшое предприятие. Могу сказать, что малый бизнес в Беларуси душат проверками. Нашему государству невыгодно, чтобы люди занимались своим делом, потому что такими сложно управлять. Лукашенко сам говорил в 1995 году после избрания: «Через несколько лет я пожму руку последнему предпринимателю… Предприниматели — это блохи, от них надо избавляться». Но посмотрим, кто кого пераможет.

В районе Серебрянки толпа заметно редеет: люди расходятся по домам. Около 2 000 человек продолжают шествие. В середине улицы Ванеева дорогу им вновь перекрывают четыре «бусика».

— Идем вперед! Нас все еще слишком много для них, — кричат из первых рядов. «Бусики» вновь отступают, но тут сзади сквозь толпу прорывается велосипедист: «Ребята, с тыла автозаки!»

Большинство протестующих бежит в парк Чингиза Айтматова. Когда ОМОНовцы подъезжают к ведущей в парк лестнице, демонстранты уже слишком далеко. Разбиваются на небольшие группы, теряются среди гуляющих.

«Партизанская» операция удалась.

Минск

P.S.

По данным правозащитного центра «Вясна», на воскресных протестных акциях во всей Беларуси было задержано 239 человек.