Оригинал материала
Расклады после распада
Михаил Касьянов и Владимир Рыжков дистанцировались от "Другой России", меж тем как Гарри Каспаров и Эдуард Лимонов собираются участвовать в думских выборах. Новую ситуацию в лагере оппозиции комментируют Дмитрий Орешкин, Николай Петров, Александр Коновалов, Леонид Гозман и Георгий Сатаров.
Дмитрий Орешкин, политолог:
Я думаю, тут проблема такая: идея полевения "Другой России" принадлежит Лимонову: именно он вышел с лозунгом "больше красненького" (на съезде РНДС Эдуард Лимонов выступил с лозунгом "Больше красного!" - Ред.). Это популистская логика, и я ее понимаю, потому что сейчас общественное мнение действительно больше настроено на красненькие и розовенькие ценности. Это зависит от того, кто какое вино больше предпочитает: кто-то красненькое, кто-то розовенькое.
Если говорить о цели ниспровержения того, что принято называть кровавым путинским режимом, то хороши любые средства – красненькие, розовенькие и прочие. Но если говорить о судьбах России, о будущем России, то есть о каких-то позитивных целях (а не негативных устремлениях – развалить, победить, перехватить), о действительно важных для России вещах, то, с моей точки зрения, красненькая идеология деструктивна. Россия сильно нуждается в беленькой идеологии (не будем говорить о том, что русскому народу больше свойственно беленькую пить). Просто Россия нуждается в мощном рыночном, капиталистическом, может быть, национально-капиталистическом развитии. В этом смысле Рыжков и Касьянов мне кажутся более ответственными политиками, которые думают не только о конкретных электоральных преимуществах, но и о долгосрочных перспективах развития родины. Рыжков и Касьянов более ответственны.
Если же речь идет только о политическом шоу, о том, кто популярнее, то Лимонов прав – на левом поле можно собрать больше голосов. Но Рыжков, например, будучи человеком политически чрезвычайно ответственным, не хочет размениваться на эту краткосрочную популистскую риторику, он думает о завтрашнем дне.
Лимонов – шоумен, для него это не политический проект, а эстетический, для него важно быть наверху, быть в числе ниспровергателей. В этом случае, конечно, имеет смысл идти на левую поляну, использовать левую риторику и т.д.
В сущности раскол был заложен в самой многофакторной структуре "Другой России", которая позиционировалась как лево-правая оппозиция. Лево-правая оппозиция хороша, когда есть общий враг, которого надо уничтожить. Но если мы говорим не об уничтожении, а о созидании, то тогда ты или левый, или правый. Я думаю, то, что "Другая Россия" пришла к такому фундаментальному противоречию, было неизбежно. Может быть, это хуже в электоральном смысле для "Другой России", но это вполне естественно и закономерно.
Николай Петров, член научного совета Московского Центра Карнеги:
Перспективы "Другой России" изначально были связаны не столько с реальным участием в выборах, сколько с созданием политического фона, на котором эти выборы будут происходить. Сейчас, с уходом наиболее амбициозных и при этом реальных политиков, "Другая Россия" превращается в еще более маргинальный (в плане российской политической системы) проект, который будет, конечно, иметь определенный смысл как трибуна для демонстрации определенной позиции, но реального влияния на ход парламентских президентских выборов оказывать не будет.
Я не думаю, что воссоединение коалиции возможно. Мне кажется, что с самого начала коалиция создавалась по принципу дружбы "против", а не "за": ее объединяло то, что все вошедшие в нее люди и структуры так или иначе занимали оппозиционную позицию по отношению не просто к Кремлю, но и ко всей политической системе, не имея возможности реализовывать свои политические планы и амбиции внутри этой системы.
Чем ближе выборы и чем ближе принятие решения о том, кого коалиция могла бы поддержать в качестве единого кандидата, тем неизбежнее должны были возникать разногласия, что и получилось. Как только оппозиции надо было перейти от негативной позиции по отношению к Кремлю к более конструктивной позиции, связанной с выдвижением кандидатов от коалиции на выборах, оказалось, что есть много разногласий и противоречий. Многие из участников коалиции думали, что за счет коалиции они усиливают свой личный политический потенциал, и никак не имели в виду работать на политический потенциал других политиков.
Александр Коновалов, президент Института стратегических оценок:
Я с самого начала говорил, что никаких перспектив у "Другой России" нет. Может быть, они выполнят в какой-то дальней истории роль тех людей, которые 25 августа 1968 года вышли на Красную площадь и прокричали "За вашу и нашу свободу!" Может быть, лет через 300 их будут вспоминать с благодарностью, но даже это им не очень подходит, потому что на самом деле это все-таки маргинальная организация.
Для того чтобы составлять коалицию, нужен "клей" – какая-то генеральная идея, хотя бы одна, плохонькая, которая держит их вместе. А вместе их держит только негативная идея – давайте скинем Путина, путинский режим плохой. Это вообще неплохая идея, я с ней согласен, но она не годится для консолидации - консолидироваться можно вокруг какой-то перспективы. А просто что-то сломать – это не может быть объединяющей идеей. Даже на стадии слома они не могут договориться о том, кто будет самым главным ломальщиком, то есть единым кандидатом от оппозиции. Как только стало ясно, что Каспаров хочет проводить выборы по строго демократическим правилам, а Касьянов хотел бы, чтобы эти выборы были с заранее предусмотренным известным результатом и чтобы этим результатом был он сам, они тут же не сумели договориться.
Я не вижу никаких реальных перспектив у партии "Другая Россия". При семипроцентном барьере, если не случится ничего экстраординарного, эти люди (мягко говоря, не слишком популярные) в Думу не пройдут. Из пары Каспаров–Касьянов (я не говорю о том, кто симпатичнее и кто лучше), если говорить об электоральной популярности Касьянов имел бы теоретически, пожалуй, больше шансов, чем Каспаров. Но, впрочем, какие могут быть перспективы, когда все разваливается.
Есть люди убежденные, что путинский режим – это плохо. Я и сам с этим согласен, но я понимаю, что это не самый популярный лозунг в нынешних условиях. Россияне живут терпимо по россиянским понятиям, потребности в личной свободе не так сильны, как потребности в улучшении материального благосостояния, а что им может предложить Каспаров, да еще и вместе с Лимоновым? Лимонов популярности движению не добавляет.
Леонид Гозман, заместитель председателя федерального политсовета Союза правых сил:
Мне кажется, правильно, что политическая организация пытается участвовать в выборах в парламент, это правильная позиция. Но я также полагаю, что у "Другой России" ни в прежнем, ни в обновленном составе составе нет никаких шансов быть зарегистрированной для участия в выборах 2007 года. Они не смогут зарегистрироваться вне зависимости от того, насколько они верят в такую возможность. Честно говоря, я думаю, что они не очень-то в это и верят. На выборах их не будет.
Что до выдвижения единого кандидата от оппозиции на президентских выборах, то, боюсь, этого уже не получилось, потому что уже есть несколько оппозиционных Путину кандидатов, уже несколько человек заявили, что они хотят быть кандидатами именно от оппозиции, а четырех или пяти единых кандидатов от оппозиции быть не может. Единый кандидат должен быть один. Просто исходя из расклада сил, я не верю в возможность такую выдвижения такого кандидата.
Кроме того, Союз правых сил не одобряет идею единого право-левого кандидата. Мы не считаем правильным идти на выборы вместе с национал-большевиками, нацистами и кем-то еще. Мы приветствовали бы выдвижение единого кандидата от демократических сил страны.
Георгий Сатаров, президент общественного фонда "ИНДЕМ":
Я не думаю, что сейчас можно говорить об изменении состава "Другой России". Касьянов делал какие-то заявления, потом сам же их опровергал, Рыжков же еще официально не вышел из состава "Другой России". Пока речь идет о некоторых проблемах, которые возникли в связи с обсуждением процедуры выдвижения единого кандидата. В свою очередь, это повлияло на участие/неучастие в конкретном мероприятии – конференции "Другой России". Пока нельзя сказать, что все, что произошло, необратимо. На данный момент в измененном составе прошла только эта конференция. Еще преждевременно говорить о необратимых вещах.
Что до перспектив "Другой России" на парламентских выборах, то я считаю, что намерение создать партию вполне естественно - политическая активность предполагает создание партии. Другое дело, понятно, что легальное участие нереально, понятно, что власть этого никоим образом не допустит, но другие формы политической активности вполне возможны.