Эмигранты как шанс

Те, кто уехал, могут свободно распространять информацию о происходящем в России

Ну что, проголосовали? Встречаем новую жизнь. На 15 июля подана заявка на митинг против изменения Конституции. Но я увидела лишь несколько репостов с этой новостью: один — от самого заявителя митинга, остальные — от эмигрантов.

Протестная акция наверняка не будет согласована — якобы из-за эпидемиологических предписаний. А это значит, что любого человека в России сегодня можно разорить за пост о сомнении в целесообразности таких предписаний. И можно посадить за призыв выходить на улицу: тут тебе и несанкционированные акции, и нарушение санэпидемиологических норм, и распространение фейков. Сделал репост — через полгода ты раздет до нитки, разут, с арестованной квартирой и на зоне.

Простой народ об этом хорошо знает, потому что в последнее время по закону о фейках ловили исключительно этот самый народ. Дабы каждая кухарка знала, что за одни лишь мечты об управлении государством ее раздавят.

Мы вступили в эру, когда решающая роль в информировании и организации людей будет лежать на эмиграции. Потому что мы сами уже ничего не можем сделать.

Все, мы приехали. Физлица попали под риски гигантских штрафов за распространение фактически любой информации, потому что по закону о фейках какие только дела не заводят. У нас введена уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических норм. На парад смотрели, голосовать ходили, торговые центры битком набиты, но за митинг несогласных спокойно могут взять — мы ведь знаем, что закон у нас избирателен.

В таких условиях резиденты России не сумеют сами справиться даже с первой задачей самоорганизации — информированием. И тут-то как раз нужна эмиграция. Политическая или политизированная, которая точно не видит для себя возможности возвращения на родину при этой власти, поэтому не боится преследования.

Участие эмигрантов во внутренней жизни россиян уже заметно, на их долю приходится все больше острых постов и запрещенной информации, которую жители России тиражировать боятся.

У нас уже есть влиятельные эмигрантские СМИ. И есть целая категория книг, издаваемых только в эмиграции. Ситуация — как в начале 1910-х или 1980-х годов.

Наступило время солидаризации эмигрантов с оставшимися в стране. Нам нужна их помощь. Для этого они должны бросить еще ленинскую песенку о том, будто на родине остались только предатели и слабаки. Пора понять, что мы здесь сейчас живем под угрозами штрафов и посадки. Каждый! Мы теперь не можем рассказать в интернете про умершую от коронавируса тетку, не боясь, как бы нас не осудили за распространение фейков, потому что тетке поставили фиктивный диагноз. И реальность эту не мы себе придумали, она складывалась почти два десятилетия, нынешние политэмигранты жили в России во времена ее становления.

Впрочем, не важно, кто виноват, почему допустили, как говорить с теми, кто до 2011 года ничего не соображал. Сейчас у нас нет жизненного пространства для таких рассуждений.

Все, кто остался в России, должны считаться заложниками.

Это базовая норма международного права: население не несет ответственности за преступления власти, совершенные ею после оформления в стране репрессивного аппарата, так как трактуется в качестве заложников. Я писала об этом еще несколько лет назад, когда украинцы массово ненавидели россиян за Крым и Донбасс. С тех пор ситуация ужесточилась, и уже непростительно не понимать: в России любое деятельное высказывание против власти несет для любого человека способные уничтожить всю его жизнь риски. А для эмигрантов — нет.

В XX веке русская политическая эмиграция дважды радикально влияла на ситуацию в стране. Царя сместила Дума, расстреляли политэмигранты, а мир узнал об этом из новой эмигрантской прессы. Само советское государство едва ли не единолично убили тамиздат и вещавшие на СССР с середины 1950-х западные радио…

Кремль совершил огромную ошибку, позволив скопиться за границей большому числу политэмигрантов. Потому что их теперь стало достаточно, чтобы они превратились в значимую для внутриполитических событий силу.

Редакция может не разделять точку зрения автора