| Шведских академиков поразило фотографическое мастерство Нобелевскую премию 2006 года в области химии получил американец из Стэнфордского университета Роджер Корнберг. Тем самым в нобелевской истории образовалась еще одна династия лауреатов: его отец Артур Корнберг в 1959 году разделил награду в области физиологии и медицины с Северо Очоа. Среди таких семейств известны, к примеру, датчане Нильс Бор и его сын Оге Нильс Бор, шведы Карл Манне Сигбан с сыном Каем, а также легендарная французская династия Пьера и Марии Кюри, их дочери Ирэн Жолио-Кюри, получившей премию вместе с мужем Фредериком Жолио.
Любопытно, что Корнберги в разные эпохи исследовали практически один и тот же процесс: функционирование молекул ДНК и РНК. Но Артур изучал механизмы синтеза этих носителей наследственной информации, а Роджер, вооруженный куда более совершенным инструментарием, умудрился сделать эту биохимию видимой.
Краткая формулировка заслуг Корнберга-младшего выглядит так: «За изучение молекулярных основ транскрипции в эукариотических клетках». Де-факто основным его достижением стала уникальная техника фотографии (точнее, рентгенографии) генетических молекул в процессе их работы. Корнберг смог сделать снимки двойной спирали ДНК, переписывающей информацию в транспортную РНК, с потрясающим разрешением -- до 2,8 ангстрем. На его рентгеновских снимках хорошо видны мельчайшие подробности строения этих молекул, что позволяет реконструировать даже положение отдельных атомов. Кроме того, он в буквальном смысле показал, как кирпичики, из которых строятся эти генетические полимеры, безошибочно занимают свое место в цепочках, повинуясь «приказам» фермента РНК-полимеразы.
Эта премия относится к достаточно распространенной в последние годы категории «инженерных» «нобелевок»: в Стокгольме отмечают в данном случае не столько прорыв в теоретической науке, сколько достижения в прикладных или экспериментальных исследованиях. В материалах Нобелевского комитета особо подчеркнуто, к примеру, упорство и мастерство Роджера Корнберга. Сделать генетику видимой пытались многие ученые, но процесс требует столь тщательной проработки всех деталей опыта, что результаты можно получить лишь через много лет тяжелого труда. До фотографий работающей ДНК добралась лишь команда терпеливого Корнберга, убившего десятилетие на настройку техники, остальные отступились раньше.
Премия Роджера Корнберга весьма любопытна с точки зрения «нобелевской статистики». Во-первых, она закрыла собой «американский год»: в этом году шведская академия наук отправила все естественнонаучные премии в США. Этот результат справедливо отражает полувековое доминирование Нового Света в мировой науке (с 1958 года хотя бы один из лауреатов в области химии, физики или физиологии с медициной всегда был американским гражданином). Однако, даже твердо занимая место «царя горы», обыграть остальной мир с сухим счетом Штатам удается не так уж часто. Последний раз такое случилось в 1983 году, и с тех пор стопроцентного успеха исследователи из США не добивались, отдавая часть призового фонда представителям прочих стран-аутсайдеров.
А во-вторых, в XXI веке Корнберг стал первым специалистом в области естественных наук, получившим премию в одиночку. Эти «нобелевки» традиционно делятся надвое или натрое: как правило, выдающиеся открытия -- это либо плод коллективных трудов, либо результат параллельной работы ученых в разных научных центрах. С другой стороны, достойных исследователей много, а завещание Альфреда Нобеля одно, и такой раздел повышает шансы гениев дожить до своей премии. Но к работе Роджера Корнберга «пристегнуть» было просто некого: подобная старательность встречается куда реже, чем талант теоретика. Владимир ДЗАГУТО, Максим РУССО | |
