Незнакомец, которого знали все

«Зодиак» Дэвида Финчера на московских экранах

В прошлом году в отечественные кинотеатрах уже прошел фильм, посвященный одному из самых таинственных американских преступников -- серийному убийце, который с конца 60-х наводил ужас на Калифорнию, уничтожая произвольно выбранных обывателей и регулярно общаясь с полицией и прессой с помощью телефонных звонков, писем и шифрограмм, разгадав которые можно было бы якобы его поймать. Картина Александра Балкли не особенно отличалась от своих собратьев -- биографий знаменитых убийц («Банди», «Дамер»), которые чаще всего вообще не достигают широкого экрана. В финале рецензии я предполагал, что «таким образом нас готовят к премьере «настоящего» фильма на ту же самую тему, который должен выйти на экраны в следующем году и который неспешно и основательно снимает сам Дэвид Финчер, автор «Семи», «Игры» и «Бойцовского клуба». В том, что у него получится нечто по-хорошему невообразимое, сомневаться не приходится». И вот тот самый «настоящий» фильм (успевший перед этим побывать в конкурсной программе Каннского кинофестиваля, но оставшийся без призов) вышел на наши экраны.

Честно говоря, ничего «по-хорошему невообразимого» в нем нет. Но это, пожалуй, и замечательно -- было бы, как ни странно, гораздо обиднее, если бы из истории Зодиака, финал которой до сих пор остается открытым, вышел бы почти что мистический триллер (пусть даже на высшем финчеровском уровне). Тайна здесь будоражит воображение в первую очередь потому, что она предельно земная, и разгадывать ее берутся самые обыкновенные люди вроде супругов Харден, разобравшихся на досуге с кодограммой Зодиака, напечатанной по его требованию в газете. Ничуть не менее обыкновенны и прочие герои -- инспектор Дэвид Тоски (Марк Руффало), криминальный репортер газеты «Сан-Франциско кроникл» Пол Эйвери (Роберт Дауни-младший), карикатурист той же газеты Роберт Грейсмит (Джейк Гилленхаал), занявшийся собственным расследованием и ставший едва ли не одержимым. Тут нет невообразимых поворотов (да и откуда им взяться, если все заранее и поминутно известно), ни особенного саспенса -- большую часть времени персонажи сличают образцы почерка или просиживают штаны в автомобилях в бесполезных засадах, ни даже ожидаемо-кровавых сцен собственно убийств. Преступления сняты как бы мимоходом, и есть ощущение, что если бы Финчеру пришлось сокращать свое длинное творение, он без угрызений совести выкинул бы их вовсе. Занятно, кстати, что всякий раз, когда Зодиак появляется на экране (вполоборота, мимолетной тенью, темным силуэтом), его играют разные люди -- так Финчер напоминает о существующей (и даже воплощенной на киноэкране неким Чарльзом Адеманом) конспирологической версии: убийца был не маньяком-одиночкой, а главарем синдиката поклонников и имитаторов). В любом случае это не триллер.

Понять, почему Финчер взялся за проект, немногим проще, чем расшифровать послание Зодиака. Вроде все на поверхности, и тем не менее истина ускользает даже от самого внимательного аналитика. При том, что качество и уровень постановки не вызывают нареканий -- редко выходит кино, столь формально совершенное. Если бы не лица нынешних звезд, можно не раз и не два предположить, что этот фильм сделан в то время, когда происходило показанное. Даже логотипы студий «Уорнер» и «Парамаунт» не современные, а из той эпохи. Одежда, прилавки магазинов, автомобили -- все оттуда, все из полицейских фильмов Сиднея Люмета или Дона Сигела (к слову, когда на экране возникают фрагменты из классического «Грязного Гарри», где злодей был недвусмысленно срисован с Зодиака, далеко не сразу понимаешь, что это чужеродный фрагмент). И музыка соответствующая подобрана так, что Оливеру Стоуну не снилось... Остается принять рабочую версию: Финчер попросту хотел сделать настоящий фильм начала 70-х (как Тарантино с Родригесом в «Грайндхаусе», только чуть менее декларативно), проникнуться не только духом, но и буквой последнего по-настоящему великого десятилетия Голливуда, и выбрал историю Зодиака чуть ли не произвольно, как его антигерой выбирал жертв.

В последнем письме (24 апреля 1978-го) Зодиак писал: «Я жду хорошего фильма про меня». Спустя почти тридцать лет дождался.

P.S. Аккурат к российской премьере на русском языке вышел его первоисточник -- документальный бестселлер Роберта Грейсмита «Зодиак» (СПб, «Амфора», 2007). На сегодня это самое исчерпывающее исследование деяний легендарного серийного убийцы. Будучи карикатуристом крупнейшей газеты Северной Калифорнии «Сан-Франциско кроникл», Грейсмит, по его словам, «имел доступ ко всем материалам, поступавшим в редакцию, -- к каждому письму, к каждой шифровке, к каждому клочку окровавленной одежды очередной жертвы». И распорядился материалом на сто процентов. В книге собраны уникальные факты, в том числе множество свидетельств, до сей поры запрещенных для открытой публикации. Все письма и шифровки маньяка даны полностью, приведены фрагменты бесед с участниками событий, в приложениях собрана едва ли не вся информация, что может понадобиться заинтересовавшемуся этой темой: исследования особенности почерка убийцы, его речевые характеристики, сведения по оружию, снаряжению и оборудованию, психологический портрет. И подробнейшая, с привлечением всех возможных ресурсов, хроника злодеяний -- начиная с роковой пятницы, 20 декабря, когда обнимающихся в бежевом «рамблере-универсале» Бетти Лу Дженсен и Дэвида Фарадея «осветили фары еще одного автомобиля, в отличие от остальных, не проехавшего мимо, а остановившегося справа, примерно в десяти футах». Особенных изысков ждать тут не стоит: книга -- нечто среднее между беллетризированной биографией знаменитости в журнале «Караван историй» и полицейским протоколом, но никак иначе подобный труд и нельзя было написать. Но самое главное -- весь свод безукоризненно подобранных и систематизированных фактов рождает у читателя вопрос, которым задается Грейсмит ближе к финалу: «Как мы, имея столько информации, не смогли изобличить этого преступника? В чем ошибка? Почему мы не смогли его найти?» Когда после четырех сотен страниц убористого текста читатель, да в некоторой степени и автор (у которого, впрочем, есть своя версия), вновь оказывается перед необходимостью начать сначала -- право, это стоит многих детективов и романов ужасов, где зло в конце концов оказывается если не побежденным, то хотя бы названным. Перевернув последнюю страницу -- исключительно для того, чтобы немедленно раскрыть первую, -- уже совершенно по-другому воспринимаешь начало предисловия: «Между Джеком-Потрошителем и Сыном Сэма не было в истории преступного мира фигуры, вызывающей больший ужас, нежели Зодиак».

Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ