Оригинал материала
Осетия глазами француза
Для большинства людей в России мы все - "лица кавказской национальности" или просто "чурки". Для европейцев - circassians (черкесы), так они называют всех, кто населяет Кавказ (за исключением чеченцев, пожалуй - они с 1994 года известны во всем мире именно как чеченцы). Но есть люди творческие, имеющие тончайшую душевную организацию и видящие полутона там, где даже мы их не всегда замечаем.
Одним из таких оказался независимый французский режиссер Винсент Мун, кочующий по миру уже более трех лет и забредший этой осенью на Кавказ. Это первый на моей памяти человек, который, пересекая границу между КБР и РСО, заметил ее не только из-за блокпоста и представителей полиции. Первый человек, который отправляясь из Нальчика во Владикавказ написал в своем блоге "Мы выезжаем в Осетию, совсем другой мир в двух часах езды на машине."
Началась наша история с того, что однажды я, наверно, последняя в республике обнаружила, что в Кабардино-Балкарии находится Винсент Мун. "В планах режиссера создание полнометражной картины «CIRCASSIA», посвященной аутентичной музыке адыгов", - говорилось в информационном сообщении. Я люблю адыгов. На самом деле люблю. Я живу с ними всю свою сознательную жизнь и мне все еще это нравится. Но в момент прочтения новости у меня взыграла осетинская кровь. Если есть фильм "CIRCASSIA", почему бы не появиться фильму "ALANIA"? - подумала я и кинулась на поиски организаторов приезда режиссера в КБР.
Организатором оказался молодой парень Булат Халилов, который уже много лет является поклонником творчества Муна и даже выиграл на молодежном лагере "Машук" грант на привоз Муна в республику. "Не хочет ли маэстро заехать в Осетию?" - спрашиваю у Булата. "Он будет там, наверно, один день, по дороге в Чечню", - говорит он и явно не удовлетворяет меня ответом. Встречаемся, знакомлюсь с Винсентом, говорю ему, что он многое потеряет, если не познакомится с Осетией близко. Он мило оправдывается, что у него на всю Россию всего 3 месяца, а еще много проектов в каких-то далеких уголках страны. Убеждает меня, что все охватить невозможно, да и цели у него такой нет: ему интересно было познакомиться с черкесами, потому что Булат очень много рассказывал о них и привез его в Нальчик. В общем, говорит много, вежливо, с изысканной французской "р". (позже он признался, что может говорить и без акцента, но женщинам нравится эта его изюминка, и он ее сохраняет)
Я отвечаю таким же количеством убедительных слов, хоть и с другим акцентом. Говорю, что возьму на себя все оргвопросы. В результате дискуссии и мирового соглашения у нас план на полтора дня. Съемки одного этнического ансамбля и присутствие режиссера на показе фильмов. Жмем руки и расходимся.
За этим разговором последовало несколько бессонных ночей, ночных путешествий во Владикавказ для решения оргвопросов, выкраивания рабочего времени для переписки с коллегами, которые могут помочь, и с Винсентом - обсуждение кандидатур осетинских музыкантов, которые заслуживают его внимания, и других деталей поездки.
Договариваюсь с Алиной Акоефф о показе фильмов Винсента в рамках ее проекта "Докер". Она, в свою очередь, обсуждает это с руководством литературного кафе и находит поддержку. Все идет гладко. Начинаю рассылать приглашения. В ходе переписки с Муном уговариваю его посмотреть еще два коллектива. Радуюсь. А потом вдруг получаю от него письмо: "sorry, Catherine, we have to move things". Винсент имел в виду, что нужно сдвинуть даты, показ и съемки будут на 3 дня раньше, чем ожидалось. Причем, съемки должны состояться утром, а показ поздно вечером. OOPS!!! Даю отбой Алине, литкафе (оно работает до 18.00), приглашенным. Что делать? Беру подсказку «звонок другу»! Друзей, которые могут решить в Осетии любую мою проблему и всегда охотно это делают, у меня, к сожалению, не много. Отправляю сигнал SOS. Объясняю суть проблемы. Вспоминаем кафе Fame, оснащенное проекторами и экранами для трансляции фильмов. "Поговорю, завтра сообщу", - говорит друг. Завтра сообщает, что нужное нам время за нами забронировано. Кафе готово. Осталось уточнить детали. "У тебя будет много гостей, нужно их чем-то угостить", - говорит друг. Прав, согласна. После работы еду с братом во Владикавказ, встречаюсь с администратором кафе, прошу сделать фуршетные столы с легкими закусками, шампанским и мартини. Дорогой мой Владикавказ удивляет снова и снова: сумма за фуршет выходит, прямо скажем, как за банкет в приличном нальчикском ресторане. Делать нечего - уже договорились. Составляем меню и мчимся домой в Нальчик - завтра рано вставать на работу. Забегая вперед скажу, что больше мне об этой сумме никто не напомнил: ее оплатили до нашего с Винсентом приезда в Осетию. И тут хочу добавить: если у вас есть друг, которому можно позвонить, сказать: "Сергей Керменович, у меня проблема" - и не сомневаться, что он решит ее (причем, усовершенствовав не в свою пользу) - это дорогого стоит!
Теперь вернусь к Винсенту нашему, так сказать, Муну. Не буду углубляться в тонкости его вольного поведения, творческого склада характера и свободолюбия, часто идущего вразрез общепринятым правилам пунктуальности. Хлопот было много, координировать процесс крайне трудно. Тем более, что днем я занималась своей основной работой в Нальчике, вечером ехала во Владикавказ, ночью возвращалась. И на следующий день снова рано утром – на госслужбу.
Наконец, Винсент в Осетии.
Голодный режиссер, опаздывающий на съемки, решил подкрепиться фастфудом. Лучший в Осетии фастфуд – это, как известно, шаурма. Ее он креативно усовершенствовал, исключив из состава все, кроме мяса и лаваша))
Первый день, вернее, вечер съемок прошел в Дендрарии. Ансамбль Романа Джихаева (старшего) исполнил для Винсента «Антоны зараг», приведя режиссера в неописуемый восторг.
В тот же вечер Винсент вместе с сопровождающим его Булатом Халиловым и музыкантами из «Къона» отправился бороздить просторы Северной Осетии.
Туальское и Цейское ущелья покорили француза своей красотой. «Ничего красивее осетинских гор и осетинской музыки я за последние много лет не видел и не слышал», - признался Винсент позже на показе своих фильмов.
Показ прошел в Fame café. Желающих попасть на показ оказалось больше, чем могло вместить помещение. Пришлось прибегнуть к списку приглашенных. В него были включены все, кто первыми отозвался на мои посты о готовящемся визите Винсента Муна и те, кто заблаговременно сообщил о своем желании пойти на мероприятие. Так же я разослала приглашения всем своим владикавказским друзьям, кому творчество режиссера было бы интересно. Большая часть моих друзей - блогеры и журналисты. В результате в Fame café собралось около 50 человек. "Как поприветствовать их по-осетински?" - спросил Винсент до начала. "Уа изар хорз", - по слогам проговорили мы и он тут же ловко повторил. После наших с Винсентом приветственных слов начался показ его коротких музыкальных документальных фильмов. В зале была тишина. Как во время просмотра фильмов, так и в перерывах между ними. Фильмы Винсента требуют осмысления.
После третьего или четвертого фильма публика немного раскрепостилась. То ли осмысление пришло, то ли мартини начало действовать. Так или иначе, но контакт между режиссером и зрителями установился. Кто-то задавал вопросы, кто-то преподносил бокал шампанского и говорил тост, а кто-то собирал всю волю в кулак, чтобы заговорить с Винсентом на заморском языке. «Май нэйм из Алекс» - максимально сконцентрировавшись и вспомнив школьную программу представился генеральный директор «Модного Владикавказа». Но, услышав ответ «I’m Vincent. Nice to meet you», растерянно обернулся ко мне: «Он что, только по-французски говорит?» Пришлось разочаровать его, что это все тот же неведомый Алексу английский.
Винсент удивил публику (и меня, признаться, тоже) двумя премьерами: отрывок проекта «CIRCASSIA» с музыкой Зубера Еуаза и первый мини-фильм об ансамбле «Къона», который был отснят за день до премьеры. Зрители приняли оба ролика на «ура». «Меня поразило то, что осетины находятся в глубокой связи со своей культурой, это, на мой взгляд, очень важно», - поделился Винсент Мун с журналистами. Завершил Винсент показ вежливым "Стыр бузныг. Дзабах ут".
На следующий день после показа состоялись съемки Булата Газданова и продолжение съемок ансамбля Романа Джихаева. В последний день осетинских приклчений, Винсент побывал в Цмити и Даргавском ущелье. Совместил приятное с полезным – снимал Олега Ходова и знакомился с достопримечательностью – Городом мертвых, о котором он узнал из интернета и очень хотел увидеть воочию.
Возвращаясь к началу рассказа, хочу отметить, что полуторадневный визит, который Винсент мне обещал в первую встречу, в итоге оказался пятидневным. Он полюбил Осетию. И она его тоже. Винсент продолжил путешествие. Он улетел, но обещал… прислать фильмы)
А пока прислал только увлекательные путевые заметки, с которыми хочу вас познакомить. Конечно, можно не соглашаться с его восприятием нас, наших обычаев, религии и культуры. Но посмотреть на себя глазами Муна безумно интересно.