Пешком в Сибирь: вторая неделя пошла

Ну вот, до начала 11 международного Канского видеофестиваля осталось меньше недели. Постепенно готовимся к выходу на низкий старт, а пока продолжается Сибирский видеокампус 2012.

Редкие минуты отдыха

Я тут, можно сказать, официально приобщился к одной канско-фестивальной традиции. Так уж сложилось, что фестиваль часто бьёт по башке не только в метафорическом, но и в самом прямом смысле. Спросите хоть директора фестиваля Павла Лабазова, который получает в Канске по голове регулярно, то от батареи, то от бутафорского меча, как в этом году (один из сотрудников канского отделения «Кинографа», где нынче базируется Кампус, увлекается исторической реконструкцией, так что о доспехах 13-го века я теперь знаю сильно больше, чем мне необходимо). Собственно, Канский фестиваль вообще некоторым образом начался с того, что одна прекрасная девушка с размаху приложилась головой к ступенькам привокзального крылечка в Красноярске. (Я на ней потом женился, но это уже совсем другая история). Короче, я тоже вошёл в почетное братство стукнутых — вчера на выходе из монтажки так зачитался смской, что не заметил потолка. Расшибить не расшиб, но шишак вышел приличный.

Да, ещё я всё время говорю, что в Канске у нас повсюду действуют порталы в неведомое, в лице телевизоров, установленных в столовой и в номерах гостиницы. Сегодня вот я зашёл в столовую на словах «Появляется психоделический осьминог». Оказалось, показывают закрытие Олимпиады. Внутри психоделического осьминога сидел Фэтбой Слим.

Кампус вовсю продолжается — двое студентов уже полностью отсняли свои фильмы и даже представили на суд преподавателей черновые монтажные сборки. Я тоже по мере сил поучаствовал в съемочных процессах — в одном фильме держал небосвод (представленный длинной палкой, на которой болтались картонные луна и звезды) и кидал белые воздушные шарики в актёра Ивана Туриста во время его психоделического танцевального номера. Чувствовал, как преисполняюсь гордостью за свой вклад в мировое искусство.

Кипит работа на площадке

Коты и рыбы

Ещё мы параллельно со съемками в Кампусе продолжаем по вечерам смотреть кино. Посмотрели на пленке «Могилу светлячка», которая прекрасная, но совершенно душераздирающая, и «Два билета на дневной сеанс», советский детектив с молодым Збруевым. Кино интересное и симпатичное своими, кажется, не совсем запланированными двусмысленностями — так, у Збруева там практически с каждой девушкой, с которой он встречается, начинаются какие-то такие немного интересные отношения. Ещё там есть отличная финальная сцена на кладбище — идёт-идёт такое вполне реалистичное кино, а под занавес вдруг случается такой привет от экспрессионистов, очень круто. Ещё по моей инициативе посмотрели французское кино «Невинность», снятое женой Гаспара Ноэ Люсиль Хаджиалилович — не на пленке, разумеется. Кино медленное, атмосферное, очень красивое, но какое-то фатально недоделанное, что ли. Там такой метафорический мир переходного возраста для девочек — из детства в половозрелость; ну, и мир этот несколько непродуманный, да и просто целый фильм городить ради одной метафоры взросления было как-то не очень понятно зачем. На показе именно этого фильма к нам ещё немного затесались французы — так они и вовсе страшно фыркали, и потом говорили, что знают они всех этих людей, которые делают такое вот псевдоискусство, и как они деньги себе на него выбивают. На сегодня запланирована «Пурпурная роза Каира» Вуди Аллена. Я, кстати, и не знал, что он в советском прокате шел.

Такие дела. Продолжаем наблюдения за природой и фиксации всевозможных аномалий. К тому же пора ехать за барабаном, а вечером меня позвали воровать сено, так что пора бежать, сами понимаете.