| Депутаты выступили за преференции софтверной индустрии Группа депутатов разработала и отправила на согласование в правительство проект федерального закона «О внесении изменений в статью 18 части первой, часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Суть законопроекта сводится к следующему. Если российская компания, производящая программное обеспечение, во-первых, 70% (в денежном выражении) своей продукции поставляет на экспорт и, во-вторых, имеет в штате не менее ста человек занятых, она освобождается от всех налогов, исключая шестипроцентный налог на прибыль.
Это уже вторая попытка реализовать политическое решение о поддержке софтверной индустрии с целью диверсифицировать национальный экспорт и преодолеть его зависимость от мировой конъюнктуры на рынке углеводородов. Нынешнему законопроекту предшествовал подготовленный Минэкономразвития закон об особых экономических зонах (принят весной), разработка которого была форсирована по указанию Владимира Путина в январе 2005 года на новосибирском совещании с представителями IT-бизнеса. Хотя закон об особых экономических зонах должен был создать условия развития IT-индустрии, никаких преференций производителям софта он в результате не предоставил.
Общий объем мирового рынка компьютерных программ давно превысил объем рынка нефти и приближается к триллиону долларов в год. При этом программирование как индустрия обладает ярко выраженными особенностями. Эти особенности состоят в том прежде всего, что производство софта очень слабо зависит от государственного контроля. Софтверная компания может сама выбирать, в юрисдикции какой страны ей лучше существовать. У софтверной компании фактически нет активов, которые нельзя было бы быстро и безболезненно переместить через национальные границы. Весь производственный потенциал такой компании -- люди и ноу-хау.
Понимая это, Индия, Китай, Ирландия, Израиль, Венгрия и ряд других стран обеспечили привлечение иностранных IT-компаний на свои территории и развитие собственной программистской промышленности, предусмотрев исключительные условия налогообложения этого бизнеса. Софтверные компании в этих странах платят единицы процентов из своей прибыли.
В России, хотя она обладает достаточным кадровым и технологическим потенциалом для конкуренции на мировом рынке софта, положение совершенно иное. «Благодаря» единому социальному налогу (ЕСН), размер которого прямо зависит от размера фонда оплаты труда в компании, российские программисты обязаны отдавать в казну до 70% прибыли! Причина в том, что оплата труда -- главная статья расходов в производстве программного обеспечения.
Так что проект закона о льготах для программистов очень важен. Однако он, по мнению участников рынка, небесспорен и может быть существенно улучшен на стадии согласования.
Во-первых, по мнению большинства опрошенных газетой «Время новостей» специалистов и участников рынка, законодатель совершает ошибку, стимулируя, как ясно из текста законопроекта, только офшорное программирование (экспорт фрагментов для чужих программных продуктов, а не законченного под ключ софта). Россия, где, по оценке Microsoft, проживает не более 150 тыс. профессиональных программистов, никогда не сможет на равных конкурировать на этой участке рынка с Индией (1 млн 200 тыс. разработчиков). Наши сильные стороны в высокой квалификации программистов, их способности решать те задачи, которые индийцам не под силу.
Во-вторых, предел в сто человек занятых, начиная с которого возможен льготный режим налогообложения, завышен. Он оставляет без поддержки большинство софтверных компаний, в том числе самые многообещающие.
Вот что говорят о законопроекте представители отечественного IT-бизнеса.
Президент группы компаний IBS Анатолий Карачинский: «По моему мнению, авторы законопроекта поступили правильно, не предусмотрев преференции для софтверных компаний, работающих на внутреннем рынке. Такие преференции нецелесообразны, они приведут к тому, что в отрасль устремятся совсем не софтверные даже компании с единственной целью -- уклониться от налогов. Льготы нужны тем, кто на мировом рынке программного обеспечения конкурирует с индийцами и китайцами. Здесь преференции создадут механизм стимулирования диверсификации нашего экспорта. Что касается критерия величины компании (сто и более занятых), то опять-таки, чтобы успешно конкурировать на мировом рынке софта, компания должна быть крупной. Иначе ей не получить серьезный заказ. Мелким российским софтверным компаниям и индивидуальным разработчикам, а они дают примерно половину из ежегодных 500--700 млн долл. нашего экспорта программного обеспечения, налоговые льготы не нужны. Они вообще юридически в России как бы и не существуют. А законопроект, если он будет принят, создаст стимул к укрупнению компаний».
Александр Каталов, президент Elcomsoft и член правления ISDEF (ассоциация, объединяющая независимых производителей софта, поставляющих на внешний рынок готовые программные продукты), обращает внимание на то, что законопроект фактически игнорирует значительную часть индустрии. «Выработка на одного занятого в этом бизнесе составляет не менее 100 тыс. долл. в год, иначе компания неконкурентоспособна. Следовательно, сто занятых -- это компания с оборотом десять миллионов. А как, интересно, быть с теми, у кого этот показатель на порядок ниже? Эти компании, как наиболее перспективные, либо достанутся западному венчурному капиталу, который проявляет к ним значительный интерес, либо предпочтут стать резидентами страны с более мягким налоговым, да и не только налоговым климатом».
Феликс Мучник, гендиректор ЗАО «Софткей» (крупнейший в России интернет-продавец софта), критикует положение законопроекта, предусматривающее для компании ценз по количеству занятых: «Большинство компаний, работающих сегодня на рынке тиражных продуктов, явно не перешло еще планку ста человек, но уже перевалило планку предприятий, подпадающих под вмененный доход. Я знаю много таких компаний, численность которых составляет 15--50 человек».
Ашот Оганесян, технический директор ЗАО «Смарт Лайн Инк.» (компания известна в мире, среди ее заказчиков, в частности, Минобороны США): «Судя по тому, что планируется учитывать количество покупателей -- иностранных лиц и что доход от них должен превысить 70% от общего дохода компании, данный законопроект призван защищать интересы компаний, занимающихся офшорным программированием и вообще не работающих на локальном рынке. Обязательным условием перехода на единый налог является наличие в компании не менее ста сотрудников, и это говорит о том, что ни о какой поддержке малого бизнеса и речи быть не может. Для большинства компаний, занимающихся производством и продажей готовых продуктов (а не разработкой на заказ), наличие ста сотрудников в штате -- это нонсенс. Компаниям офшорного программирования, наоборот, просто необходимо наличие большого штата. Из всего этого однозначно можно сделать вывод о том, что государство по-прежнему предпочитает торговать сырьем с минимальной добавленной стоимостью, а не готовыми решениями. Разница между торговлей углеводородным сырьем и программированием на заказ состоит лишь в том, что сырье приносит куда большие деньги бюджету. Гораздо более эффективным решением были бы отмена НДС при экспорте программ и увеличение годового лимита для компаний, работающих по упрощенной схеме налогообложения».
Дмитрий Курашев, директор компании «Фаматек» и председатель правления ISDEF: «Несмотря на то что в целом можно только положительно относиться к идее поддержки ИТ-компаний, мне кажется, что данный законопроект не сможет принести реальную пользу бизнесу. Дело в том, что под ограничение не менее ста человек не подпадает практически ни одна из компаний, выпускающих конкурентоспособные программные продукты. В России сейчас развивается значительное число таких компаний, имеющих 20--40 сотрудников, при этом успешно продающих свои разработки по всему миру. Законопроект абсолютно не способствует их росту. В самом невыгодном положении оказываются как раз динамично развивающиеся и эффективно работающие производители ПО, продающие более чем на полмиллиона долларов. Они уже не могут применить упрощенную схему налогообложения, но не могут и воспользоваться льготами».
За снижение ограничения в сто человек занятых высказываются и офшорные программисты. Президент ассоциации РУССОФТ, объединяющей именно такие компании, считает целесообразным снизить ограничение до 50 занятых. Об этом же говорит президент компании «Аурига» профессор Алексей Сухарев: «Требование на минимальный среднесписочный состав в сто человек надо понизить до 50. Понятно, что какой-то порог должен быть, но ведь у нас в 86% компаний отрасли работает менее ста человек».
Руководитель департамента стратегии построения информационного общества Мининформсвязи Олег Бяхов считает, что на стадии согласования законопроекта необходимо решить вопрос администрирования двух режимов налогообложения -- упрощенного и льготного: «Совместно их администрировать нельзя. Экономическая проблема тут тоже есть: не все компании, вышедшие за пределы упрощенки, попадут в льготный режим». По словам г-на Бяхова, закон может быть принят еще в этом году. Это было бы идеально, иначе будет потерян весь 2006 год, поскольку в середине налогового периода ввести в действие новые правила налогообложения не получится. Андрей АННЕНКОВ |
