Оригинал материала
Борьба с курением или за бюджет?
С 2009 года Россия ведет борьбу с курением. В рамках первой антитабачной концепции, действовавшей с 2010 по 2015 год, было запрещено курение в общественных местах и повышена стоимость сигарет – эти меры привели к сокращению числа курильщиков с 41% населения страны до 31%. Нынешняя цель Минздрава – довести это значение к 2025 году до 25%. Новая антитабачная концепция, рассчитанная до 2022 года, предполагает дальнейшее увеличение акцизов на табачную продукцию и расширение списка мест, где нельзя курить. Кроме того, электронные устройства для курения могут быть приравнены к обычным сигаретам. И если экономическая часть программы, которая может отразиться на бюджетных доходах, стала предметом споров, то запреты для обычных российских курильщиков продолжат быть одними из самых жестких в мире.
Сигареты и деньги
Государственная борьба с курением в России уже серьезно отразилась на доходах табачных производителей, особенно заметным их падение стало в последние годы, когда антитабачная кампания наложилась на экономический кризис. Так, продажи Philip Morris в России за 2016 год уменьшились по сравнению с 2015 годом на 5,7%. Согласно отчету, на это повлияли три фактора: повышение акцизного налога, снижение уровня потребления и покупательной способности в результате ослабления экономики страны. Так, например, Philip Morris отмечает, что вырос спрос на сигареты более дешевой марки Bond, в то время как сигареты более дорогой марки Marlboro стали покупать меньше. Еще один крупный игрок табачного рынка, Japan Tobacco International, также сокращает импорт сигарет в Россию и терпит ежегодное падение доходов на российском рынке с 2010 года. Лишь British American Tabacco увеличила в прошлом году объем продаж, но существенного увеличения прибыли это не принесло, так как рост продаж компенсировался повышением налоговых ставок и невыгодным валютным курсом. В результате BAT была вынуждена закрыть в 2017 году одну из своих старейших фабрик в Ярославле.
Любопытно, что из трех гигантов индустрии два, Philip Morris и JT, сократили и доли на рынке – на 2,1 и 1,6% соответственно, доля BAT выросла на 0,8%, но главный победитель – российские производители, такие как компания “Донской табак”, которая предлагает широкий ассортимент недорогих сигарет.
Табачные производители, конечно, недовольны, представитель пресс-службы “Филип Моррис Интернэшнл” в России заявил Радио Свобода, что действующий сейчас в России антитабачный закон уже является одним из самых жестких в мире, и “прежде чем предлагать новые меры запретительного характера, необходимо всесторонне оценить эффективность практического применения уже принятых ограничений”. Впрочем, в действительности налоговая нагрузка на табачные компании пока что относительно невелика. По словам председателя правления международной конфедерации общества потребителей Дмитрия Янина, производители отдают в бюджет европейских стран в среднем по два евро с одной пачки сигарет Marlboro, тогда как в российский – пока только 50 центов.
Дальнейшее увеличение табачных акцизов – один из основных пунктов новой концепции, и предмет споров. Минздрав, подготовивший документ, предлагает увеличивать акцизные сборы ежегодно в среднем на 10%, имея в виду конечную цель – дойти до показателя не менее 70% от стоимости пачки, рекомендованного Всемирной организацией здравоохранения (для покупателя это приведет к двукратному подорожанию сигарет). А вот в Министерстве финансов не согласны ни с конечной целью, 70 процентов, ни с темпами роста. В ведомстве считают, что 10 процентов в год – слишком много, такое быстрое повышение акцизов лишь приведет к росту нелегального оборота табака.
Проблему табачного черного рынка признают и эксперты. Дмитрий Янин утверждает, что за последние годы его доля увеличилась в три раза, примерно до 2% от общего объема табачной продукции, причем этот объем Минздрав не учитывает, когда хвастается снижением курения в стране. А источником нелегальных сигарет могут быть ближайшие соседи России: “До 2013 года соседняя Беларусь выпускала и выкуривала 15 млрд сигарет. Сейчас мы сократили выпуск сигарет на своей таможенной территории, а Беларусь увеличила – с 15 млрд до 36–38 млрд, – отмечает исполнительный директор Общероссийского движения за права курильщиков Андрей Лоскутов. – Это означает, что либо соседи за последние 3 года начали курить в два с лишним раза больше, либо, что эти сигареты пошли на другой рынок. Я считаю, что они пошли именно в РФ. Кроме Белоруссии, еще есть Казахстан, Китай – у нас общие границы. Есть еще наши товарищи по единому союзу – это Киргизия и Армения. Это все наши табачные доноры”.
Если Минфин выступает за более постепенный рост акцизов, то некоторые эксперты уверены, что ежегодное повышение налога на 10 процентов, прописанное в новой антитабачной концепции, наоборот, слишком мало. Дмитрий Янин отмечает, что заложенные в документ параметры приведут к бюджетным потерям. На 2017 год в Налоговом кодексе России предусмотрен рост стоимости сигарет до 1930 рублей за тысячу штук по сравнению с 1680 рублей в 2016 году, то есть почти на 15 процентов, а это больше, чем 10 процентов, предложенные в концепции Минздрава. “Предложить увеличение на 10% – это позволить иностранным табачным компаниям, да и российским тоже, продолжить вести бизнес на "льготных" по европейским меркам условиях. Это результат действий табачных компаний, табачного лобби, которое с начала 90-х годов формирует в России акцизную политику”, – считает Янин.
Вэйперы уйдут в подполье
С этого года антитабачная кампания усилила давление и на альтернативные способы курения. Теперь акцизным налогом облагаются электронные сигареты, а также никотиносодержащие жидкости: за 1 мл в бюджет страны отчисляется 10 рублей. В первую очередь это скажется на набравшем популярность в последние два года вэйп-бизнесе. Покупатели еще не заметили повышения цен, потому что магазины пока не исчерпали закупленные до введения акциза запасы. Но новые поступления будут стоить примерно в четыре раза больше. Если раньше 20 мл тюбик никотиносодержащей жидкости, которого курильщику хватает на несколько дней, стоил порядка 200 рублей, то по новым ценам, как оценивают представители индустрии, за него придется отдать 800 рублей. Ужесточение правил не коснется жидкостей без содержания никотина, но, как считает управляющий VapeStoreCafe Артем Митянин, это скорее подтолкнет вэйперов вернуться к обычным сигаретам, чем заставит отказаться от никотина. “Люди не станут из-за повышения цен больше покупать жидкости без никотина просто в силу привычки. Они скорее или будут добавлять никотин в домашних условиях, какими-нибудь кустарными способами, или просто вернутся к обычным сигаретам. Что, конечно, нанесет небольшой удар по нашей сфере”.
Антитабачная концепция 2017–2022 года также предлагает приравнять электронные сигареты к обычным, что означает запрет на их курение в общественных местах, в феврале 2017 года в Госдуму был внесен соответствующий законопроект. Под удар попадут даже жидкости без никотина: в общественных местах хотят запретить использование любых устройств, имитирующих курение табака. Так вэйпы могут потерять свое главное конкурентное преимущество перед сигаретами – возможность курить почти где угодно. Вэйп-клубам придется искать юридические лазейки, как это делают сейчас владельцы кальянных – например, регистрироваться в качестве полуподпольных закрытых клубов.
Курить запрещено. И здесь тоже. И там нельзя
Новая антитабачная концепция в целом предлагает расширить список мест, где будет запрещено курить. Эти ограничения все больше вторгаются в личное пространство курильщиков: под запрет могут попасть собственный автомобиль или квартира, если там находятся дети или люди, возражающие против курения табака. Запрет также будет распространяться на коммунальные квартиры и все виды автомобильного общественного транспорта. В ресторанах, где запрет на курение ввели еще четыре года назад, до сих пор при желании подымить приходится выходить на улицу.
С каждым нововведением антитабачной политики количество мест, где запрещено курить, увеличивается. Правда, оказывается, что курильщики к ограничениям достаточно быстро привыкают. Московский ресторатор Андрей Деллос рассказывает, что сразу после введения запрета на курение в кафе задумался о том, как создать комфортные условия для курящих, но это не пригодилось: “Летом москвичи и так сидят на террасах, где проблемы нет, а для зимы, поздней осени и ранней весны я хотел построить какие-то козырьки. Сделали несколько, но потом поняли, что на самом деле курить на улицу выходят немногие, это не является серьезной проблемой”.
***
В теории антитабачная кампания может не только помочь оздоровлению граждан, но и позволит бюджету сэкономить огромные суммы, которые сейчас приходится тратить на медицинское обслуживание курильщиков. Сопредседатель Российской антитабачной коалиции Дарья Халтурина утверждает, что общий эффект от доведения акцизных сборов до уровня, рекомендуемого ВОЗ, может привнести в российский бюджет дополнительные 900 миллиардов рублей – но в долгосрочной перспективе. В реальности экономическое значение антитабачной кампании оценить сложно – это подтверждается дискуссий российских ведомств по поводу параметров нового документа.
Бросают курить не там, где запреты
Куда важнее вопрос, насколько ограничения, которые государство более жестко накладывает на потребителей табака, чем на его производителей, способны заставить людей отказаться от курения. Если верить данным Минздрава, с 2009 года четверть российских курильщиков отказались от вредной привычки. Но мировой опыт показывает, что этот результат еще нужно закрепить. Так, в первые два года после принятия антитабачного закона во Франции число курящих уменьшилось на 5 процентов, а в следующие два года вернулось практически к прежнему уровню. Не слишком ли наивно думать, что люди курят от того, что у них слишком мало запретов и слишком много свободы? “Бросают курить не там, где запреты, а там, где жизнь такая, что лучше бросить и конвертировать свое здоровье во что-то другое, – считает Андрей Лоскутов. – Помните анекдот? Приходит курильщик к доктору и говорит: "Доктор, можно бросить курить?" Он говорит: "Можно, но жизнь вряд ли вам это позволит". Вот наша жизнь нам вряд ли позволяет бросить курить. Поэтому запрещать – запрещайте, но плюс к этому нужно еще работать. Умирают не от табака, умирают от жизни”.