к успешной рыночной экономике Доклад Российско-европейского центра экономической политики (РЕЦЭП) – аналитический портал ПОЛИТ.РУ

Патриция Исаева, Питер Оппенгеймер, Ричард Стоунмэн

ВВЕДЕНИЕ

После финансового кризиса 1998 г. в России впервые за все десять лет рыночных преобразований наблюдается экономический рост. В 1999 г. темпы роста составили 3,2%, а в 2000 г. они уже обогнали показатель прошлого года. По итогам второго квартала текущего года реальный ВВП оказался на 6,7% выше, чем в том же периоде 1999 г, тогда как в первом квартале уровень соответствующего периода прошлого года был превышен на 8,4%. Согласно данным, обнародованным недавно Министерством экономического развития и торговли, за первые восемь месяцев текущего года ВВП Российской Федерации вырос на 7,3%. Столь стремительный экономический рост был достигнут прежде всего за счет увеличения объема промышленной продукции, составившего в течение первой половины года около 10%. На настоящий момент темпы роста превышают правительственный прогноз на весь текущий год, равный 5,5%. Инвестиционные банки и другие компании, подразделения которых открыты в Москве, также пересматривают свои прогнозные оценки в сторону повышения.

После падения ВВП почти вдвое за десять лет, в течение которых не раз брезжил, но так и не наступал рассвет, основной вопрос заключается в том, достигла ли, наконец, Россия перевала. Мы задавались этим вопросом в мае, когда Владимир Путин уже был избран Президентом Российской Федерации, а новая экономическая программа еще находилась в стадии разработки. Теперь, полгода спустя, программа первоочередных мер, легших в основу стратегии экономического развития страны, завершена и реализуется. Вдобавок относительная экономическая стабильность, наступившая после кризиса и наблюдавшаяся в начале года, сохраняется и по сей день. И все же вопрос, прошла ли Россия критическую черту, остается в силе. Можно ли говорить о том, что в ходе экономических преобразований экономика России начала, наконец, следовать образцу поступательного движения многих восточноевропейских стран, где устойчивый ежегодный рост в размере 5% был достигнут после резкого падения объемов производства, наступившего вслед за крушением коммунистического режима? Или же мы наблюдаем очередную зарю, за которой так и не наступит рассвет, точно так же, как и в середине девяностых годов, когда появившиеся после достижения макроэкономической стабилизации первые признаки роста нарождающейся рыночной экономики породили - даже у тех экономистов, которым обычно свойственна сдержанность в оценках, - чрезмерный оптимизм относительно якобы наступавшего российского бума?

НЕУСТОЙЧИВОСТЬ РОСТА

Правительственный прогноз экономического роста на 2000 г., равный 5%, практически совпадает со средней прогнозной оценкой четырнадцати инвестиционных банков и компаний (величины оценок каждого из банков в отдельности колеблются в пределах от 4,5 до 6,5%). Эксперты сходятся во мнении, что в 2001 г. темпы роста замедлятся до 3,5-4,5%, а потом и вовсе сойдут на нет, если не будут проведены реформы, способствующие превращению благоприятных краткосрочных факторов в основу устойчивого роста. Подобный вывод основан на следующих соображениях.

Повышение реального курса рубля происходит достаточно высокими темпами. На фоне некоторого повышения номинального курса рубля, происходящего в течение последних месяцев (с 28,5 до 27,5 руб. за 1 дол.), наблюдаются признаки того, что инфляция может превысить прогнозный показатель на текущий год, равный 18%. С февраля по август темпы инфляции в годовом исчислении составляли 19%, не считая отдельных сезонных колебаний. Вдобавок, в течение года можно ожидать существенного повышения цен на отдельные категории товаров, особенно на энергоносители. Кроме того, если показатели объема экспорта останутся благоприятными и Центральный банк будет по-прежнему наращивать валютные резервы, то при закупке долларов он будет вынужден выпускать в обращение рубли. В отсутствие инструментов стерилизации избыточной денежной массы денежная эмиссия влечет за собой увеличение инфляции. В настоящий момент Россия по-прежнему не располагает такими инструментами. В этих условиях годовая инфляция может превысить уровень 20%.

Главным фактором, от которого зависит, как долго Россия сможет пользоваться ценовыми преимуществами, обеспеченными девальвацией рубля в 1998 г., является динамика обменного курса. При повышении реального курса рубля на 3% в месяц эти преимущества перестанут действовать в течение 18 месяцев. Если темпы ежемесячного повышения обменного курса не превысят 1%, то эффект более низких цен сохранится еще в течение четырех лет (1).

К настоящему моменту объем производства вернулся к уровню, зафиксированному до финансового кризиса 1998 г. Ряд наблюдателей выражает опасения относительно ограниченности производственных мощностей. Хотя нынешний объем производства продукции, по-видимому, обеспечивается за счет лишь немногим более 50% теоретически существующих производственных мощностей, весьма сомнительно, что весь имеющийся резерв производственных мощностей может быть использован на практике (2) - либо в силу того, что продукция, которую можно производить на данном оборудовании, не пользуется спросом, либо потому что часть этого оборудования устарела.

Хотя объем инвестиций в основной капитал увеличился и по состоянию на август на 19,4% превышал уровень того же периода прошлого года, нельзя забывать, о том, что указанное повышение достигнуто относительно чрезвычайно низкого исходного показателя. Помимо этого, несмотря на определенные признаки того, что в регионах и на уровне предприятий происходят благоприятные изменения (3), серьезная реструктуризация промышленности - пока дело будущего.

И тем не менее финансовый кризис привел к существенному повышению ценовой конкурентоспособности российских товаров. Четырехкратная девальвация рубля и трехкратное повышение мировых цен на основную статью российского экспорта (нефть) создали уникальную совокупность благоприятных условий для восстановления объемов производства, особенно с учетом того обстоятельства, что девальвация рубля не сопровождалось резким увеличением темпов инфляции. Прибыльность экспорта существенно повысилась, что повлекло за собой значительное увеличение уровня общей ликвидности в экономике и в известной степени разомкнуло заколдованный круг неплатежей. Импортозамещающие отрасли, и особенно пищевая промышленность, неожиданно получили российский рынок практически в свое полное распоряжение и оказались в состоянии нарастить объемы производства. По мере улучшения финансового положения предприятий и иных субъектов хозяйственной деятельности резко увеличились налоговые поступления.

В 1999 г. положительное сальдо торгового баланса было достигнуто не за счет увеличения объемов экспорта, а в результате резкого падения объема импорта. Однако в течение первой половины текущего года за увеличением активного сальдо торгового баланса и общим ростом ВВП стояло прежде всего увеличение объема экспорта. В течение первых шести месяцев 2000 г. объем экспорта увеличился на 51%, а импорта - на 4% по сравнению с тем же периодом 1999 г. Увеличение объема экспорта произошло за счет высоких цен на основные энергоносители, являющиеся предметами экспорта: нефть и нефтепродукты. Хотя увеличение объема экспорта способствовало экономическому росту, а также увеличению валютных запасов, сложившаяся ситуация делает российскую экономику чрезвычайно уязвимой по отношению к конъюнктуре мировых рынков. На редкость благоприятная внешнеторговая конъюнктура, сложившаяся в настоящий момент, не будет сопутствовать России постоянно.

ЗНАЧЕНИЕ НЕПЛАТЕЖЕЙ

Объем неплатежей в экономике значительно сократился, однако само по себе это явление вовсе не ликвидировано. В первой половине 2000 г. реальный объем взаимных неплатежей предприятий, неуклонно сокращавшийся на протяжении всех месяцев 1999 г., не претерпел значительных изменений. Хотя доля бартера в обороте промышленных предприятий постепенно снижалась как в прошлом, так и в текущем году, она по-прежнему составляет около 26%. Задолженность по зарплате отличается аналогичной динамикой. В июле текущего года зафиксировано увеличение ее объема на протяжении третьего месяца подряд (4).

Широчайшее распространение и институционализация неплатежей являются одним из наиболее серьезных препятствий на пути формирования эффективной рыночной экономики (5). Неплатежи, бартер и взаимозачеты по существу всерьез препятствуют и установлению жестких бюджетных ограничений. Система неплатежей позволила хозяйствующим субъектам сохранять статус кво, вместо того чтобы приспосабливаться к реалиям рыночной экономики, и затормозила формирование рыночных механизмов. Это и есть так называемая "виртуальная экономика" России.

Неплатежи являются уникальной особенностью российской экономики в переходный период. По некоторым оценкам, в период с 1996 по 1998 гг. объем бартерных операций (считающихся одной из форм неплатежей) достиг 50-70% общего объема расчетов между хозяйствующими субъектами (6).

Одна из теорий возникновения феномена бартера гласит, что в его основе лежит замораживание ресурсов: предприятия не в состоянии осуществлять сбыт своей продукции в таком объеме, который оправдывал бы сохранение существующего запаса экономических ресурсов (то есть рабочей силы, капитала, товарно-материальных запасов и т.д.). В свою очередь, перемещение указанных ресурсов не может быть осуществлено в силу неэффективного функционирования рынка ресурсов, при котором невозможно их применение (трудоустройство) где-то еще. Таким образом, в действительности неплатежи являются признаком замораживания ресурсов. Следовательно, шумпетеровские силы "созидательного разрушения", лежащие в основе эффективности капитализма, в условиях которого эти силы способствуют перераспределению ресурсов в целях их более продуктивного использования, все еще не действуют в России сколько-нибудь эффективным образом. Одна из ключевых для России проблем, требующая дальнейшего изучения, состоит в том, возможно ли альтернативное использование основных фондов, доставшихся в наследство от прежних времен.

Сказанное относится как к государственному, так и к частному секторам экономики. Таким образом, большинство факторов производства остаются незадействованными, оставаясь на ничейной земле между рухнувшей советской системой и формированием пусть даже и не самой развитой, но функционирующей рыночной экономики. Неплатежи - это признак экономики, оказавшейся неспособной к переходу на рыночные рельсы.

Искажения рыночных механизмов, связанные с неплатежами, описаны в широко известном труде Гэдди и Икеса (7), в котором утверждается, что неплатежи стали инструментом поддержки неэффективного производства, приведшей к формированию виртуальной экономики. Авторы разделили экономику на три сектора: экспортный (в основном нефтегазовый), в котором создается добавленная стоимость, обрабатывающую промышленность, создающий отрицательную добавленную стоимость, и государственный. Институционализация неплатежей принимает форму пакта, заключенного между указанными тремя секторами. Продолжение поставок сектору, создающему отрицательную добавленную стоимость, отвечало интересам сектора, создающего реальную добавленную стоимость, поскольку государство закрывало глаза на их налоговую задолженность либо списывало ее (и предоставляло другие льготы) в виде поощрения за экономически нецелесообразное поведение.

Это позволило обрабатывающему сектору, создающему отрицательную добавленную стоимость и являющемуся основным работодателем в России, оставаться на плаву при более значительном объеме производства, чем это было бы возможно без подобной поддержки (включая значительную долю предприятий, продолжающих деятельность, несмотря на то, что в теперешнем своем виде они являются банкротами). В сущности неплатежи поставщикам энергоносителей и бюджету представляли собой финансовую помощь промышленному сектору. По своим масштабам эта помощь существенно превосходила стоимость выпускаемой этим сектором продукции. Ему просто-напросто позволили накапливать задолженность перед энергетическими компаниями и бюджетом. Непрямые субсидии, предоставлявшиеся промышленности за счет использования подобных механизмов, сопоставимы с прямой поддержкой, которая оказывалась ей в начале девяностых годов, когда субсидии и инвестиционные дотации достигали почти 10% ВВП (8). Те же самые механизмы использовались для предоставления скрытых социальных субсидий населению в виде низкой платы за жилье и коммунальные услуги, а также готовности мириться с неплатежами в этой области.

Экономика заплатила за использование указанных механизмов высокую цену в виде нерационального распределения ресурсов, остававшихся связанными, тогда как их можно было бы перераспределить с целью более эффективного использования. Сохранение подобного положения является основной причиной продолжающегося экономического застоя. Предприятия, получавшие непрямые дотации путем использования механизма неплатежей, производят продукцию (при вроде бы незначительных издержках), которую можно сбыть только посредством бартера. В то же время отсутствие прибылей означает снижение налоговых платежей.

Государственный сектор платит за сегодняшнее сокращение налоговых платежей и завтрашнее снижение налогового потенциала свою цену в виде масштабного наращивания неплатежей (особенно невыплаты зарплаты и социальных пособий), просроченной задолженности перед топливно-энергетическим сектором и невозможности предоставить общественные блага. Работники получают мизерную зарплату и такие же социальные пособия (если то и другое вообще выплачивается), однако это компенсируется скрытыми социальными трансфертами в виде субсидирования издержек жилищно-коммунального хозяйства.

ВОЗМОЖНОСТИ УСТОЙЧИВОГО РОСТА

Диапазон перспектив устойчивого экономического роста по-прежнему остается весьма широким. С одной стороны, Россия наделена значительной долей мировых природных ресурсов, и, что существенно важнее, трудовыми ресурсами, уровень которых не ниже, чем в наиболее передовых в экономическом отношении странах. Нам не кажется невероятным предположение, что при устранении факторов, сдерживающих рост, Россия в долгосрочной перспективе смогла бы догнать самые развитые страны мира (9).

С другой стороны, аргументы в пользу такого варианта развития событий, при котором в долгосрочной перспективе Россию ожидает экономическая стагнация, представляются не менее убедительными. Даже самые развитые экономические, политические и управленческие институты сочли бы реформирование экономической инфраструктуры, которую унаследовала Россия, крайне непростой задачей. К сожалению, все эти институты мало развиты в постсоветской России. Рыночная экономика еще не пустила здесь глубокие корни, а реформы пока что отличаются неэффективностью или принимают причудливые формы.

Опыт девяностых годов заставляет предположить, что достижение высоких темпов долгосрочного экономического роста является хотя и теоретически возможным, но не самым вероятным сценарием развития событий, и что более пессимистическая точка зрения имеет никак не меньше прав на существование. Вместе с тем сторонники подобной точки зрения, возможно, недооценивают масштаб уже происшедших перемен (как в лучшую, так и в худшую сторону) и не осознают, сколько времени может занять осуществление столь фундаментальных системных преобразований, необходимых России. Причина этого состоит в том, что революционные преобразования, происходящие в стране, по своей глубине вполне можно сопоставить с Великой Французской революцией 1789 г. и Гражданской войной в Англии (10). В исторической перспективе те "удары и превратности судьбы", которые испытала Россия (и ее население) за последние десять лет, вполне понятны, однако исход битва за будущее России еще не решен. Революцию можно будет считать успешной только тогда, когда реформы станут необратимыми (и будут приняты населением в целом) и когда будут налицо все признаки устойчивого экономического роста. Напротив, продолжение экономического застоя будет означать, что борьба групп, представляющих противоположные интересы, не завершена и революция еще не доведена до конца.

МОЖНО ЛИ СЧИТАТЬ ПРОИСХОДЯЩЕЕ НАЧАЛОМ УСТОЙЧИВОГО РОСТА?

Большинство комментаторов согласится с тем, что в России еще не созданы условия для устойчивого экономического роста, однако возможности для их создания являются наиболее благоприятными за весь период экономических преобразований.

Во-первых, в стране действует новое энергичное правительство, пользующееся широкой поддержкой населения. Во-вторых, экономическая ситуация как никогда благоприятствует осуществлению серьезных реформ.

В настоящий момент прогнозы, в которых подробно оценивалась бы динамика роста в ближайшие два-три года, отсутствуют. Однако имеющиеся прогнозные оценки позволяют говорить о следующих альтернативных сценариях экономического развития в течение примерно десяти лет.

Рост на основе успешного осуществлении запланированных реформ . (11) В течение ближайших десяти лет среднегодовой показатель экономического роста, равный 5%, будет достигнут в результате осуществления фундаментальных реформ, намеченных в экономической программе правительства (в их число входит бюджетная реформа, создание системы казначейского исполнения бюджета, дальнейшее развитие налоговой реформы, банковская реформа, ликвидация избыточного регулирования и бюрократических барьеров на пути осуществления экономической деятельности, реструктуризация энергетического сектора, начало осуществления земельной реформы, внедрение международных стандартов бухгалтерского учета, пенсионная реформа, создание системы страхования банковских вкладов, повышение эффективности процедуры банкротства и т.д.). В краткосрочной перспективе упомянутый средний показатель может быть превышен, однако по мере того как перестанет действовать благоприятный эффект финансового кризиса 1998 г., он, по всей вероятности, понизится. На основании опыта других стран можно утверждать, что влияние реформ на ускорение темпов экономического роста проявляется не ранее, чем через полтора-два года после начала их осуществления. Это означает, что в 2001 и 2002 гг. вполне вероятно снижение темпов роста. Затем они могут вновь ускориться, однако это, несомненно, будет зависеть от темпов и глубины реформ, равно как и от внешних обстоятельств.

Возможности развития быстрорастущей экономики. Экономический рост, равный 5% в год в начале десятилетия и ускорение темпов роста до двузначных величин через три-четыре года с последующим их сохранением. Такое развитие событий представляется возможным в случае успешного осуществления реформ, предусмотренных правительственной программой первоочередных экономических мер, успех которых будет способствовать дальнейшему ускорению роста. Факторы, сдерживающие рост, будут устранены быстрее, чем ожидалось, по причине стремительного укрепления доверия к России. По мере осознания того факта, что реформы приносят плоды, противоборствующие группы интересов внутри страны начнут учитывать в своих действиях долгосрочные перспективы и необходимость повышения благосостояния экономического положения всех групп общества в противоположность сиюминутным интересам увеличения своего дохода. В то же время представляется весьма возможным приход в Россию - после некоторого периода колебаний - иностранных инвесторов (осуществляющих как портфельные, так и прямые иностранные инвестиции) со значительными капиталами. Столь оптимистический сценарий основан на том факте, что Россия начинает развитие с низких показателей и имеет высокий потенциал роста. Если общее мнение об экономических перспективах России переменится, это изменение, по всей вероятности, будет носить весьма радикальный характер.

Продолжающаяся стагнация. В течение 2000 г. рост составит 5%, в 2001 г. его показатель упадет до 3%, а затем в течение нескольких лет будет равным 1-2% или значительно более низким. В соответствии с данным сценарием новое правительство окажется столь же неспособным к осуществлению реформ, как и его предшественники. Ригидность российской экономики станет непреодолимой, а по-прежнему слабое государство не сможет или не захочет противостоять могущественным группам интересов.

Развитие событий на настоящий момент дает некоторые, пусть и непрочные, основания для оптимизма. За последние полгода были осуществлены первые мероприятия, предусмотренные новой программой реформ. Однако это лишь первые шаги на долгом и трудном пути фундаментальной реформы российской экономики. Учитывая историю неудавшихся реформ и задачи, представляющие огромную сложность для любого, пусть самого компетентного и дальновидного правительства, возможности достижения устойчивого роста представляются весьма неопределенными.

ЦЕЛИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ

Научные исследования в области макро- и микроэкономики призваны сыграть важную роль в выявлении препятствий к достижению экономического роста, путей их устранения, а также определения степени устойчивости роста. России предстоит начать поступательное движение от экономики ничейной земли к созданию основ и институтов успешно действующей рыночной экономики. Решение указанных задач требует осуществления целого ряда мер экономической политики. Решающее значение в этом контексте имеет осуществляемая в настоящее время реформа бюджетных расходов, особенно в регионах. Пока государство не начнет выполнять своих основных обязательств и платить по счетам, не следует ожидать, что хозяйствующие субъекты и население повысят культуру исполнения законодательства и своих обязательств, без чего развитие рыночной экономики представляется невозможным. Как было недавно отмечено представителями ОЭСР (12), порочный круг неплатежей ("виртуальная экономика") можно разомкнуть только в том случае, если правительство сможет выйти из него само. В середине девяностых годов сочетание таких факторов, как слабое и раздробленное государство, страх перед последствиями структурных экономических реформ и всесилие групп интересов привело к тому, что неплатежи (поддерживаемые правительством) приобрели институциональный характер. Только само правительство имеет власть и возможности для ликвидации возникшего в результате порочного круга.

Одновременно с решением проблемы неплатежей стратегия реформ, нацеленная на успех, должна сосредоточиться на проблемах, связанных с замораживанием ресурсов. Их решению только теперь начинает способствовать рост, наблюдающийся с 1999 г. Затем следует указать на проблему мобильности трудовых ресурсов, вернее, ее отсутствия. В свою очередь, для введения в действие трудовых ресурсов необходимы капитал и инвестиции. Конечно, в последнее время наблюдается тенденция к увеличению объема последних, однако оно происходит относительно чрезвычайно низкого исходного уровня. В более долгосрочной перспективе нельзя всерьез говорить об инвестициях в условиях неопределенности прав инвесторов и отсутствия эффективной банковской системы. Помимо необходимости улучшения инвестиционного климата и, таким образом, повышения уровня инвестиций, следует обратить внимание на процесс осуществления инвестиций, иными словами, на то, насколько они эффективны. Еще одно приоритетное направление реформ - это развитие мелких и средних предприятий, являющихся локомотивом экономического роста (как было во многих европейских странах). И наконец, хотя определение главных направлений реформ является важным первым шагом, ключ к успеху заключается в их эффективном осуществлении.

---

Примечания:
=1. Источник: Renaissance Capital. Russia Overview. "Economic Policy: A Three-Pronged Approach" July/August 2000.
=2. Источник: Renaissance Capital. Russia Overview. "Economic Policy: A Three-Pronged Approach" July/August 2000.
=3. Источник: Renaissance Capital. 'Reforming Russia: A Reality Check From the Regions', September 2000.
=4. Источники: Госкомстат, оценки экспертов "Обзора российской экономики" и Бюро экономического анализа.
=5. Working paper "Non-Payments, Barter and Offsets", DFID Russian Regional Finance Project, 1998.
=6. Sergei Guriev and Barry Ickes, "Barter in Russian Enterprises: Myths vs. Empirical Evidence" Russian Economic Trends, Volume 8, Number 2, 1999. RECEP.
=7. "Russia's Virtual Economy", Clifford Gaddy and Barry Ickes, Foreign Affairs, 1998.
=8. См. OECD Economic Survey of the Russian Federation, March 2000, где выполнен наиболее глубокий за последнее время анализ российской экономики и получила существенное развитие теория, впервые выдвинутая Гэдди и Икесом.
=9. Если темпы роста развитых стран будут составлять 3% в год, а реальный рост в России - от 7 до 14% в год, то это может произойти в течение жизни одного-двух поколений.
10. Сравнение почерпнуто из готовящейся к печати книги Владимира Мау и Ирины Стародубровской (намечена к публикации в Oxford University Press в начале 2001 г.), в которой происходящие в России политические и экономические преобразования сравниваются с крупнейшими революциями в мировой истории, в том числе с Гражданской войной в Англии и Великой Французской революцией.
11. Источник: Бюро экономического анализа. Ежегодный отчет за 2000 г.
12. Там же.

Данный доклад был опубликован в журнале "Обзор российской экономики" за октябрь 2000 года, издаваемом Российско-европейским центром экономической политики (РЕЦЭП).
В аналитических материалах, распространяемых РЕЦЭП, могут излагаться различные точки зрения на экономическую политику, однако Центр как организация придерживается в этом отношении нейтральной позиции. Все мнения, высказываемые в вышеупомянутых материалах, отражают исключительно точку зрения их авторов, но не мнение РЕЦЭП, организаций, принадлежащих к его руководящему консорциуму, Европейской комиссии или любой другой организации, принадлежащей к Европейской комиссии.
L Европейская комиссия
Росийско-европейский центр экономической политики (РЕЦЭП) Потаповский пер., 5 стр. 4, Москва, 101000
тел. (095) 232 3613
факс (095) 232 3739
электронная почта: [email protected]
http://www.recep.org