Не Пензой и Темзой

Как Осло стал городом-трендсеттером в музыкальной Европе и что это значит

© Getty Images / OpenSpace.ru В праздничном убранстве улицы Осло. Исследователи Университетского колледжа Дублина провозгласили Осло главным городом-трендсеттером Читать! 4 года с OPENSPACE.RU: Best of the Best Юровский об опере «Мастер и Маргарита» Заветные желания наших авторов и коллег Сергей Жадан. Ворошиловград Лена Катина: «Эти песни надо петь пожизненно» в музыкальной Европе. В Западном полушарии в этой роли оказалась Атланта. Конрад Ли (Conrad Lee) и Падрайг Каннингем (Pádraig Cunningham) проанализировали внушительный объем музыки, прослушиваемой на Last.fm, и оценили трафик, сопоставив его с географическими базами музыкантов. В списке 200 городов оказались Москва, Петербург, Уфа (спасибо Zемфире), Пенза (?), а также примкнувший к ним Минск. Впрочем, ничего интересного на их счет и ничего лестного насчет значимости Москвы и Пензы в исследовании не сообщается. Вместо этого ресерч демонстрирует, что предполагаемые центры-трендсеттеры музыкального процесса находятся вовсе не в Лондоне или Нью-Йорке.

в Америке и Европе, Ли и Каннингем утверждают, что основным общемузыкальным законодателем мод в Западном полушарии является (та-дам!) Атланта, она же задает тон в хип-хопе, а в инди-музыке определяющую роль играет Монреаль. У Монреаля и Торонто прекрасные позиции во всех общеамериканских связках.

В более близкой нам Европе (где хип-хоп по причине нерепрезентативности не замеряли), согласно другому чудаку-математику, Льюису Кэрроллу, it gets curiouser and curiouser. Общемузыкальной столицей здесь оказывается маленький Осло, в спину ему дышит Стокгольм. По части инди-музыки Осло уступает только Парижу.

Жанровые трактовки — вещь в себе, и если в концепцию «инди» у Clique Research Cluster вписываются, например, Daft Punk и Justice, то так тому и быть, и построение в парижской его части становится доказательным. Те, кому еще что-то нужно доказывать про Осло, могут обратиться, например, вот к этому тексту. Основной тезис исследователей применительно к Европе: главные города-трендсеттеры — вовсе не в Британии. Более того, основные города-трендсеттеры вовсе не англоязычны. (Тут, конечно, хорошо бы забыть на минуту, что родина этого труда — Ирландия.)Осло не только произвел a-ha, Атланта — не только воспитала Джастина Бибера и сманила Чака Ди. Институционализация скандинавской любви к музыке и триумф черной рекорд-индустрии делают излишним срочное перечисление имен в подтверждение факту. В конце концов, что стратегически важнее — возможность рождения в Монреале Arcade Fire или факт выбора Монреаля как базы гражданином мира Амоном Тобином?Конечно, прокрустово ложе статистики — вовсе не единственное мерило музыкального процесса. Чем измерить величие города Рейкьявика и с кем сравнивать его: с Андоррой, Орехово-Зуевом, Южным Бронксом?Разумеется, репрезентативность Last.fm — отдельная история, и было бы странно полагаться на статистику прослушиваний в России, отталкиваясь только от этого ресурса. Вместе с тем он, один из немногих, валиден для полноценного международного исследования (попробуйте-ка сравнить, как слушают музыку в Москве{-tsr-} и Осло, полагаясь, с одной стороны, на ВК и Яндекс.Музыку, а с другой — на Wimp и Spotify). У Осло, Атланты, Монреаля есть еще одна черта, которая резко отличает их от Москвы и Пензы. Здесь не только растят новую музыку. Здесь ее слушают. Их размер, общая история, столичный или нестоличный статус — к их способности двигать вперед музыкальный процесс имеют весьма опосредованное отношение — Москве на заметку. По какой-то причине (спросите Евклида) здесь встречают друг друга доступность и любопытство. Без них — нет любви.