Украина: немецкая партия

Все думают, что главный посредник в споре между Москвой и Киевом — Александр Лукашенко. Но это ошибка

Ангела Меркель знает, как общаться и с Владимиром Путиным… (на снимке: во время встречи на саммите G-20 в Санкт-Петербурге, сентябрь 2013 г.) /фото: ИТАР-ТАСС

… и с Петром Порошенко (на снимке: перед совместной пресс-конференцией в Берлине, июнь 2014 г.) /фото: ИТАР-ТАСС

Во второй половине дня, 22 августа, конвой с российским гуманитарным грузом, после недельного стояния на российско-украинской границе в Ростовской области, пересек ее возле КПП «Изварино», находящемся под контролем донбасских сепаратистов, и начал движение в сторону Луганска. Через час глава Службы безопасности Украины Валентин Наливайченко выступил с грозным заявлением: «Россия осуществила прямое вторжение на территорию Украины под циничным прикрытием Красного Креста». Протестовал и украинский МИД. А вот в окружении президента Порошенко, тем временем, начали подавать совсем другие сигналы: ну, да, конвой, конечно, «нарушил», не дали нам проверить груз, скандал, конечно, но что делать, не бомбить же его, надо ведь как-то успокаивать ситуацию, да и Борис Евгеньевич (Ложкин, глава администрации Порошенко) уже все обсудил с Ивановым (Сергей Иванов, глава администрации президента РФ), договорились не мешать конвою, пусть, раз уж так случилось, доедут до места и все выгрузят: баба с возу — кобыле легче.

Нюансы общения

О том, что между Киевом и Москвой уже установлен и заработал параллельный, так сказать, коммуникационный канал Ложкин-Иванов, стало ясно еще в пятницу, 15-го августа: пока ньюсмейкеры по обе стороны российско-украинской границы скрещивали копья из-за пропавшего где-то под Воронежем, а потом вдруг обнаруженного где-то под Ростовом гуманитарного конвоя, Борис Ложкин и Сергей Иванов на первой личной встрече в Сочи решали вопрос об участии президентов Путина и Порошенко в инициированной президентом Белоруссии Александром Лукашенко встрече в Минске в формате Украина-Евросоюз-Евразийская тройка. А еще через пару дней Лукашенко в телефонном разговоре с Путиным и Порошенко (с президентом Казахстана Назарбаевым Лукашенко договорился заранее) получил от них личное согласие приехать.

19 августа замглавы администрации президента Украины Валерий Чалый резко повысил ставки встречи в Минске. «Ближайшие две недели будут определяющими для выхода Украины из войны — в мир». И добавил: «Начинается переход от дипломатии телефонной к общению непосредственному».

„

Киев попытался перехватить у Москвы инициативу на самом важном европейском направлении — немецком

”

Но если Борис Ложкин с подачи Порошенко начал активно налаживать аппаратные контакты в Кремле и Минске, то на западном направлении у Киева в качестве тарана появилась другая фигура — глава МИДа Павел Климкин, заступивший на этот пост в июне вместо отставленного Андрея Дещицы. Казалось бы — чего ж тут странного, чем же еще должен заниматься главный дипломат? Но не все так просто. По мысли Порошенко, именно Климкин, бывший посол в Берлине, свободно говорящий по-немецки, имеющий давние связи в истеблишменте ФРГ (включая приятельские отношения с канцлером Меркель) призван перехватить у Москвы дипломатическую инициативу на самом важном европейском направлении — немецком. Особенно сейчас, на фоне очевидно похолодавших личных отношений между Путиным и Меркель: по слухам, хозяин Кремля в течение минувшего лета дважды безуспешно приглашал канцлера ФРГ посетить Москву или Сочи — на выбор.

Расчет Порошенко и Климкина был прост: экономика Украины лежит в руинах, война в Донбассе может затянуться, Евросоюз пребывает в сложной финансовой ситуации, если кто и примет решение о масштабной экономической помощи Украине — то это Германия. Был и еще один резон надавить на немецкий рычаг: Климкин, как и другой германофил в киевских верхах — Виталий Кличко, пользуется в Берлине репутацией умеренного политика, тогда как от наиболее радикальной части «политиков Майдана» Меркель дистанцировалась с самого начала. «Этот парень — великолепный тактик с острым математическим умом (уроженец Курска, Климкин окончил московский физтех. — The New Times), — говорит о Климкине один европейский дипломат. — Ему хватило одного дня переговоров на вилле Борзиг (в берлинском районе Тегель, где 17 августа встретились главы МИД РФ, Украины, Франции и Германии), чтобы убедить Штайнмайера (глава МИД ФРГ. — The New Times): если Германия хочет как-то повлиять на результат встречи в Минске, канцлер должна обязательно поехать в Киев уже на этой неделе».

И канцлер решила ехать.

Александр Лукашенко не признал аннексию Крыма, зато признал новую киевскую власть (на снимке: во встрече со спикером Верховной Рады А. Турчиновым принял участие и Николай, сын белорусского президента). Киев, июнь 2014 г. /фото: Reuters

«План Меркель»

*16 июля украинские пользователи Фейсбука, возмущенные переговорами Меркель с Владимиром Путиным, начали флешмоб на ее стене и оставили десятки комментариев из трех слов Danke, Frau Ribbentrop (Cпасибо, госпожа Риббентроп), сравнивая ее с главой МИД нацистской Германии, подписавшим в 1939 году небезызвестный пакт).

Вечером 18-го Меркель позвонил Порошенко, пригласил ее в Киев и получил принципиальное согласие. Оставалось только согласовать дату. И уже 20-го числа было внесено уточнение: Меркель приедет в Киев накануне Дня независимости Украины, 23 августа. Тогда же, 20-го, в газете «KÖlner express» появляется статья Климкина о «плане Маршалла» для Украины. Немецкое агентство DPA реагирует на статью актуальным комментарием: экономической помощи Украине — «да», военной — категорическое «нет». Еще через пару дней Климкин появляется в утренней новостной программе одного из немецких телеканалов и поправляет самого себя: мол, давайте говорить не о «плане Маршалла», а о «плане Меркель». Подтекст был понятен: Киев готов закрыть глаза на привилегированные связи Берлина с Москвой и отдать «фрау Риббентроп»* лавры главного европейского миротворца. И даже если физически Меркель не будет присутствовать на встрече в Минске, там будет незримо присутствовать ее тень.

Киев и Берлин ударили по рукам. Потому-то на удивление спокойной была реакция немецких СМИ, когда вечером 22-го российский конвой «самовольно» продвигался к Луганску. Все понимали: накануне приезда немецкого канцлера в Киев Порошенко не может позволить себе резких шагов. (Скорее всего, на то же самое сделали расчет и в Москве, дав конвою команду «Вперед».)

Но! Редкий немецкий канцлер долетал до середины Днепра. И если уж Меркель решилась поехать, то только четко осознавая: за ее спиной — интересы большого немецкого бизнеса, а у того главные интересы — отнюдь не на Украине. Они — в России.

Берлину не понравилась идея украинского премьера Яценюка — перекрыть российскую трубу

”

По данным осведомленных источников в Берлине, среди инициатив, которые Меркель «повезла» в Киев, чуть ли не главная касается газа. А точнее — российского газа. Канцлеру советовали твердо заявить Порошенко: идея премьера Яценюка о том, чтобы перекрыть российскую трубу на Запад, никуда не годится. На носу зима. Газохранилища в Германии заполнены только на три месяца вперед. Разумных альтернатив поставкам российского газа пока не найдено. Если Киев перекроет трубу, придется либо увеличивать поставки по «Северному потоку», либо соглашаться на «Южный». Оба варианта вполне устроят Москву, но не могут устроить Берлин и Европу. Так что перекрывать трубу не надо. Не лучше ли Киеву согласиться на переговорный процесс на востоке страны с теми людьми, кого назовет Путин (причем даже без требования о федерализации с их стороны)? А Германия, взамен, обязуется наладить реверсные поставки газа на Украину.

Ну, и конечно, президенту Порошенко, если тот желает блага своей стране, не стоит разговаривать с Путиным в Минске с позиции силы, педалируя тему неминуемой военной победы Украины. Настоящая победа придет, если удастся заморозить конфликт. А слишком уж неудобных для Киева людей на Востоке Путин уберет сам.

Сразу после встречи с Путиным 26-го в Минске Порошенко — 30-го — полетит в Брюссель. Похоже, Киев решил активизировать «непосредственное общение» по всем азимутам — и с Европейским союзом, в рамках Соглашения об ассоциации, и с Евразийским.

Но если бы все решалось только в Киеве…