Художник умрет, картина останется

По делу о «Плохом хорошем человеке» допросили Навального. Репортаж Андрея Козенко

В Октябрьском суде Владимира продолжается рассмотрение уголовного дела о краже с привокзального забора картины Сергея Сотова «Плохой хороший человек». В краже обвиняют одного из близких соратников оппозиционера Алексея Навального, сотрудника «Фонда борьбы с коррупцией» (ФБК) Георгия Албурова. Во вторник, 31 марта, в суде выступил сам Навальный. Ценность картины он поставил под сомнение; вот ценность работы Албурова в ФБК, по его мнению, и стала причиной возбуждения уголовного дела. Выслушали и других свидетелей — от оператора компании НТВ до местного художника, рассказавшего, в частности, о том, почему Сотова восемь лет назад исключили из владимирского клуба любителей искусства «Колорит». За процессом следит специальный корреспондент «Медузы» Андрей Козенко.

К зданию суда подъехал микроавтобус с символикой партии ЛДПР. Рядом с портретом Владимира Жириновского на боковом стекле партийцы повесили плакат «Вор должен сидеть в тюрьме». «Можно я сфотографирую?» — попросил их Навальный. «А можно мы с вами сфотографируемся?» — смущенно попросили в ответ члены партии. «Рад присутствовать здесь, ваша честь», — приветствовал через несколько минут Навальный судью, заходя в зал. «Взаимно», — отреагировал судья Юрий Евтухов без особой взаимности в голосе.

Албуров обвиняется в преступлении, предусмотренном статьей 158 УК РФ — в краже, осуществленной группой лиц по предварительному сговору. В июне 2014 года он вместе с другим работником ФБК Никитой Кулаченковым накануне дня рождения Навального приехал во Владимир и снял с забора картину «Плохой хороший человек» местного художника Сергея Сотова. Сотов при активном участии неких заинтересованных лиц (сам он их считает сотрудниками администрации Владимира) написал заявление о краже. Подаренную Навальному картину изъяли, Кулаченков от следствия скрылся. Албуров, впечатленный тем, что расследование проводило Главное следственное управление СК РФ при участии ФСБ, ездит теперь во Владимир в суд.

Навальный охарактеризовал Албурова как одного из ключевых работников ФБК, человека с высоким уровнем правосознания, работающего на «самом болезненном» направлении работы — поиске недвижимости чиновников и депутатов. Затем политик перешел к сути дела. Он рассказал, что картину, в краже которой обвиняют Албурова, первый раз увидел в интернете. Изображение появилось в твиттере оппозиционера с подписью «Люблю такое». 4 июня 2014 года — в свой день рождения — Навальный находился под домашним арестом без права общаться с кем-либо из соратников. Они приходили к его подъезду и передавали подарки через жену. Так к нему в руки и попал оригинал «Плохого хорошего человека». «Это была картонка — такая, как коробка из-под телевизора. К ней степлером прикреплены четыре листа бумаги. На них и был рисунок. Картон потертый. Объект явно валялся на улице и мокнул под дождем», — рассказал Навальный. Он положил картину за шкаф, а через пару суток к нему домой посреди ночи пришли с обыском.

Навальный рассказал, что следователи явились по «делу СПС» (вялотекущему расследованию, в ходе которого уже несколько лет пытаются доказать, что Навальный похищал предвыборные средства «Союза правых сил»). Однако никаких документов, как обещали, следователи в ходе обыска не изъяли. Зато сказали, что забирают картину. «Я еще тогда их спросил — вы что, шутите? Это какой-то розыгрыш?» — вспоминал Навальный. «А вы не планировали повесить картину на стену?» — поинтересовалась адвокат Албурова Анна Полозова. «Не хочу обидеть художника, но это не совсем то, что вешают на стену, — отвечал Навальный. — Рисунок был в очень плохом состоянии».

Оппозиционера спросили, во сколько он оценивает эту картину. Навальный отвечал, что не считает рисунок предметом товарно-денежных отношений. И его «стоимость» мало отличается от стоимости, например, школьного детского творчества.

— Я выскажу свое мнение об этом деле, — у Навального это явно наболело.

— Только покороче, — судья понял, что он предоставляет политику трибуну для произнесения речи.

— Не уверен, — парировал Навальный.

— Постарайтесь, — вздохнул судья.

Навальный себя не сдерживал. Он сказал, что единственная причина существования этого дела в том, чтобы изымать у сотрудников фонда компьютеры и телефоны, а также допрашивать их. «Из-за этого рисунка техники изъято уже на миллион», — напомнил он. «Диспропорция между силами, потраченными государством, и общественной опасностью поступка настолько очевидна, что вывод тут один — это политическое дело, — настаивал Навальный. — Над этим делом смеются следователи, над этим делом смеетесь в кулуарах и вы». По его словам, это месть Албурову за расследования ФБК; в частности, за обнаружение роскошных домов высокопоставленных чиновников и депутатов — Вячеслава Володина и Сергея Неверова.

«Вы просили Албурова заполучить вам эту картину? Отвечайте коротко: да или нет?!» — судья Евтухов невольно процитировал самого Навального времен выступлений на массовых митингах. Политик сказал, что нет.

Помимо Навального через суд во вторник прошли несколько свидетелей обвинения. Оператор НТВ Алексей Пушкарев, снимавший, кто и какие дарит подарки находящемуся под арестом Навальному, не сказал по сути ровно ничего. Начальник управления муниципального имущества администрации Владимира Светлана Лаптева, похоже, вообще была вызвана в суд по ошибке. У нее пытались выяснить, по выражению судьи, «вопрос принадлежности злосчастного забора». Свидетельнице по этому поводу сказать было нечего. Забор находится не в муниципальной, а в государственной собственности, то есть отвечать за него должны или федеральные структуры или областные, но не муниципальные. Ответа на вопрос, чей забор, суд так и не получил. Участок земли за ним передан владимирской епархии с целью сооружения часовни напротив гостиницы для паломников. Но кому принадлежит забор — непонятно.

С большим достоинством в зал суда вошел Эдуард Солодилов, пенсионер, художник-оформитель в городском парке Дружбы. Он также возглавляет клуб владимирских ценителей изобразительных искусств «Колорит» (52 человека списочный состав, 32 активных члена). С его помощью сторона обвинения намеревалась доказать, что Сергей Сотов — настоящий большой художник. «Как человек из определенной среды — можете ли вы сказать, известен в ней Сотов или нет?» — формулировал свой запрос гособвинитель Степан Володин.

Солодилов поведал, что да, известен, некоторые работы Сотова действительно хорошего качества, но большинство выполнено на очень низком уровне. Кроме того, членства в клубе «Колорит» он лишился где-то восемь лет назад — за нетактичное поведение. Сторона обвинения этот пикантный момент обошла, но сторона защиты мимо такого пройти не могла. «Мы позвали на концерт девушек из колледжа культуры. А он сказал: ну вот, сейчас опять будет „фанера“ [выступление под фонограмму]. Девушки обиделись и выступать не стали. И это не единственная причина. По совокупности исключили», — с горечью рассказывал Солодилов.

«Ну, раз основанием для вступления в клуб является любовь к искусству, поводом для выхода из клуба должно быть то, что человек искусство разлюбил», — судья начал размышлять вслух, ни к кому не обращаясь. Он пристально посмотрел на свидетеля.

— А вот скажите мне как художник художнику. Как бы вы охарактеризовали манеру Сотова? Это — я не знаю — примитивизм или социальная графика? — обратился судья к свидетелю.

— Это плакат, абсолютно точно, — отвечал свидетель.

— Есть художники… Они и по двадцать лет ничего не пишут. А есть такие, которые пишут быстро, прямо влет, — судья продолжал свои изыскания.

— Есть-есть, — быстро согласился свидетель. — За несколько дней пишут, а потом шедевр на десятилетие получается. Сам такое видел.

— Художник умрет, а картина останется, — судья все больше задумывался; свидетель часто кивал ему в ответ.

Наконец, был допрошен журналист Илья Шепелин, взявший у Сотова интервью для «Русской планеты» в конце августа 2014 года. В нем Сотов рассказывал, что даже рад, когда его картины забирают люди — и ему в голову бы не пришло жаловаться в полицию на пропажу «Плохого хорошего человека». Однако к нему домой приехали люди, которых он считает сотрудниками администрации города; привезли его к забору с пропавшей картиной — и там убедили написать заявление. Когда он отказывался, его приструнили якобы цитатой из Владимира Путина, где тот говорил о том, что самые мелкие преступления должны быть расследованы. Потом сняли на телекамеру НТВ и подвели к автомобилю с полицейским, где он в темноте подписал все, что за него написали (в суде художник Сотов рассказывал, что написал заявление добровольно, а картину считает своей собственностью и оценивает в пять тысяч рублей).

В завершение судья немного изменил меру пресечения для Албурова. Теперь ему можно под подпиской о невыезде передвигаться не только по Москве, но и по Московской области. Албуров ходатайствовал о вызове в суд чиновников администрации президента Вячеслава Володина и Тимура Прокопенко — в связи с обнародованной перепиской, где речь идет, в том числе, и о «Плохом хорошем человеке». Суд отказал; заседания возобновятся на следующей неделе.

Предыдущая серия: Дело о полезном и значимом искусстве. Во Владимире начался суд над сотрудником «Фонда борьбы с коррупцией» Георгием Албуровым