Дело УНА-УНСО: Карпюк сообщил о пытках и угрозах

Член руководства партии "Украинская национальная ассамблея - Украинская народная самооборона" (УНА-УНСО) Николай Карпюк, фигурант сфабрикованного дела о войне в Чечне, рассмотрение которого началось в Верховном суде этого региона, подал в ЕСПЧ жалобу, сообщив в ней о пытках и угрозах, которым подвергался во время следствия. Об этом пишет "Открытая Россия". Жалоба датирована 29 сентября.

Как говорится в документе, 17 марта 2014 года Карпюк вместе с двумя знакомыми ехал на машине в Москву на переговоры с некими чиновниками, которые, как сообщили ему, имели личные связи с Владимиром Путиным. Провести переговоры политика уполномочило руководство "Правого сектора", в которое входила УНА-УНСО. Что предполагалось обсудить с российскими чиновниками, в жалобе не уточняется.

На российском погранпункте Карпюка и обоих его спутников задержали. На всех троих сфабриковали протоколы о некоем административном нарушении, а затем отвезли в суд в райцентре, название которого политзек не помнит. Суд арестовал каждого из украинцев на 14 суток.

После суда всех троих доставили в ИВС УФСБ по Брянской области. Там с ними несколько дней проводились беседы о целях их визита в Россию. На одной из таких встреч присутствовал некий чиновник администрации президента.

Что стало дальше со спутниками Карпюка, он не уточняет. Самого же его утром 20 марта вывезли из Брянска и следующей же ночью доставили в отдел СКР в Ессентуках, Ставропольский край. Там следователь М. Курбанов объявил политику о подозрении по части 1 статьи 209 УК РФ (создание банды), после чего Карпюка отвезли в городской ИВС.

Вечером 21 марта политзеку надели на голову полиэтиленовый пакет, стянув его скотчем, и в таком виде отвезли на разработку. По прибытии в некое учреждение с ним начала работать группа оперативников, старший из которых представился Максимом. Поскольку на разработке Карпюк всегда находился с завязанными глазами, он не знает, как выглядели оперативники и сколько их было.

Максим изложил Карпюку фабулу сфабрикованного дела, потребовав от политзека ее подтвердить. Тот отказался, заявив, что никогда не бывал в Чечне. Тогда его начали пытать током.

После первого дня пыток Карпюка доставили в СИЗО-6 центрального главка ФСИН во Владикавказе, неофициально контролируемый ФСБ. При этом сам он был убежден, что его вернули в ИВС Ессентуков. О том, что он находится во Владикавказе, политзек узнал только месяц спустя от следователя Курбанова.

В СИЗО Карпюка морили бессонницей. Днем его содержали в зарешеченной клетке площадью 1×1 метр под присмотром конвоира, который не давал ему спать, а каждую ночь вывозили на пытки током. "Ток пропускали через разные части тела: через все тело, через сердце, через половые органы, - сообщается в заявлении политзека. - Мне засовывали под ногти какие-то иглы, но я боли не чувствовал - наверное, из-за того, что не ощущал пальцы рук".

Тем не менее Карпюк продолжал настаивать на своей невиновности.

"Не могу сказать, имеются ли последствия применения электрического тока на моем здоровье, - отмечает политзек. - Максим мне сказал, что печень и сердце я уже посадил".

25 марта, когда политзека в очередной раз привезли на разработку, Максим заявил, что дал указание похитить на Украине сына Карпюка, а при возможности - и жену, чтобы на глазах политзека подвергнуть его тем же пыткам, которым подвергали его самого. Карпюк ответил, что согласен дать показания, и попросил не трогать его семью.

"Что происходило дальше, не знаю, - говорится в документе. - У меня начался бред. Когда человек лишен сна, на 4-5-е сутки наступает бред".

С 26 марта Карпюк начал давать показания следователю по фамилии Петров, и уже к концу месяца работа с Петровым была закончена. "Когда были какие-то неточности, существенные отклонения в моих показаниях, поправки делались за счет того, что ко мне приходил Максим (при этом мне завязывали глаза, чтобы я не видел) и он указывал мне, где я допустил "неверные" показания и объяснения", - заявляет политзек.

"Защищали" Карпюка адвокаты по назначению. Периодически, отмечает он, от него требовали переписать с компьютерной распечатки текст заявления об отказе от услуг тех или иных адвокатов. Политзек подчинялся. "Во-первых, я не знал, кто эти люди, - поясняет он. - Во-вторых, не видел смысла кого-то привлекать к своей защите, поскольку не имел возможности оплатить услуги". Кроме того, продолжает политзек, он не собирался отстаивать свои права, поскольку пообещал "вести себя соответствующим образом", чтобы силовики не тронули его семью.

Карпюк признается, что его мучают угрызения совести, за то что он оговорил невиновных людей. Он сообщает, что пытался покончить с собой, найдя в камере ржавый гвоздь и заточив его о стену. Однако камера находилась под видеонаблюдением, и надзиратели, ворвавшись к Карпюку, гвоздь отняли.

В 2015 году Карпюка перевели в Челябинск, в СИЗО-7 центрального главка ФСИН, который также фактически находится под контролем ФСБ. Там и было завершено следствие по делу. Смысл перевода из Владикавказа в Челябинск в публикации "Открытой России" не поясняется.

Весь 2014 год политзек оставался без связи с внешним миром. Послать первое письмо жене ему разрешили только в январе 2015-го. Всего же за время заключения он отправил на волю пять писем, но ответа не получил ни на одно.

"Что касается прав человека, то должен сообщить, что Россия - не та страна, где их соблюдают, - говорится в жалобе. - Об этом мне не раз заявляли в ходе следствия".

От ознакомления с материалами своего уголовного дела Карпюк отказался. "Не видел смысла читать всю эту чушь", - поясняет он.

Свое уголовное преследование Карпюк расценивает как месть за свою деятельность, направленную на укрепление украинской государственности. "А еще навязать мне и другим членам УНА-УНСО несуществовавшие зверства по отношению к людям - эти действия нужны им для того, чтобы хоть как-то оправдать те преступления, которые были совершены на территории Чечни военнослужащими России", - отмечает политзек.

Другой фигурант дела УНА-УНСО, киевский журналист Станислав Клых, в середине сентября также заявил о пытках.

Клыху, в отличие от Карпюка, вменяется часть 2 статьи 209 УК РФ (участие в банде), которая, однако, так же как и часть 1, предусматривает до 15 лет колонии. Кроме того, обоим инкриминированы пункты "в", "з", "н" статьи 102 УК РСФСР (умышленное убийство двух или более лиц в связи с выполнением ими служебного долга, совершенное по предварительному сговору группой лиц; санкция до смертной казни) и часть 2 статьи 15 - пункты "в", "з", "н" статьи 102 УК РСФСР (покушение на это же преступление).

По утверждению обвинения, в декабре 1994 - январе 1995 года Карпюк, Клых и другие участники "банд" вели бои с российскими военными в Грозном на территории президентского дворца, а также на площади Минутка и железнодорожном вокзале. Карпюк, как заявляется, возглавлял "банду" под названием "Викинг", а Клых был ее членом. В ходе этих боев, заявляло ведомство, они "лишили жизни не менее 30 военнослужащих и не менее 13 военнослужащим причинили ранения различной степени тяжести".

Предварительные слушания по делу начались 15 сентября. Интересы Карпюка и Клыха теперь представляют независимые адвокаты - соответственно Докка Ицлаев и Марина Дубровина. Они ходатайствовали о рассмотрении дела с участием присяжных. 17 сентября судья Вахит Исмаилов ходатайство удовлетворил.

В деле УНА-УНСО был еще один фигурант - гражданин Украины Александр Малофеев, осужденный в России к 23 годам строгого режима за соучастие в двойном убийстве в ходе разбойного нападения. Малофеев страдает СПИДом, двумя видами гепатита и туберкулезом; кроме того, он героиновый наркоман. При этом, в отличие от Карпюка и Клыха, ранее он действительно воевал в Чечне.

Однако Малофеев полностью признал вину, и его дело рассматривалось в особом порядке. 29 сентября Шатойский райсуд Чечни приговорил его к 14 годам колонии, а с учетом частичного сложения приговоров - к 24 с половиной годам. Таким образом, срок, назначенный заключенному, увеличился лишь на полтора года.

Как передает РАПСИ, в понедельник с первой попытки была отобрана коллегия присяжных по делу Карпюка - Клыха. Сразу после этого начался процесс. Он проходит в открытом режиме, однако прессу в зал суда не пускают - для них организована трансляция слушаний в конференц-зал. По информации "Интерфакс-Юга", перед началом заседания охрана здания суда была усилена.

Адвокат Илья Новиков сообщил в своем твиттере, что подключился к защите Карпюка и будет представлять его интересы наряду с Ицлаевым. Новиков по просьбе супруги политзека безуспешно пытался войти в дело еще с мая 2014 года, однако до сих пор ему отказывали во встрече.

Как передает "Коммерсант", защита Карпюка ходатайствовала о прекращении его уголовного преследования. Пояснялось, что, во-первых, показания об участии в чеченской войне у него получили под пытками, а во-вторых, сроки давности по вмененным ему преступлениям давно вышли. Прокурор, однако, заявил протест, и Исмаилов занял его сторону, отклонив ходатайство защиты.