Ребят, уматывайте отсюда

Как британские пиарщики и Березовский пытались помочь Александру Лукашенко сблизиться с Западом. Расследование «Медузы»

В истории Беларуси есть период в конце 2000-х годов, когда Александр Лукашенко, рассорившись с Путиным, пытался развернуть страну в сторону Запада. В этом ему помогала британская пиар-фирма, занимавшаяся «управлением репутацией» крупных международных компаний и целых стран, а по счетам платил «обеспеченный доброжелатель со значительными интересами в Беларуси». Кампания закончилась полным провалом: пиарщики уехали ни с чем, а Лукашенко снова оказался в международной изоляции. Двух из трех главных героев этой истории уже нет в живых, а другие не очень любят о ней вспоминать. Однако редактору отдела расследований «Медузы» Алексею Ковалеву удалось поговорить с очевидцами, изучить ранее нигде не публиковавшиеся свидетельства и восстановить хронологию неудачной попытки Лукашенко стать ближе к Западу.

Лорд черного пиара

В августе 2019 года в Лондоне в возрасте 77 лет умер лорд Тимоти Белл — автор нескольких успешных предвыборных кампаний британской Консервативной партии и ее лидера Маргарет Тэтчер (за это он и получил титул лорда), а также основатель одной из самых известных в свое время пиар-фирм Bell Pottinger. Эта компания занималась довольно нестандартными услугами: не столько традиционной рекламой, сколько «управлением репутацией», то есть отмыванием имиджа тех, у кого были с ним проблемы.

Это могли быть как международные корпорации, так и правительства целых стран. В 2011 году в газете The Independent вышло расследование о том, какие именно услуги и кому готовы оказывать Bell Pottinger. Репортеры из «Бюро расследовательской журналистики» (Bureau of Investigative Journalism) пришли к менеджерам компании под видом представителей правительства Узбекистана — и внимательно выслушали (и записали на скрытую камеру) их предложение. Менеджеры Bell Pottinger хвалились, что по просьбе своих клиентов могут быстро организовать звонок тогдашнего британского премьера Дэвида Кэмерона главе правительства Китая с просьбой поддержать нужный бизнес-проект, и перечисляли других высших британских чиновников, к которым у них есть доступ. Кроме того, они предлагали услуги по переписыванию негативных статей в Википедии и даже изменению поисковых результатов в гугле. За миллион фунтов стерлингов в год Bell Pottinger готовы были, например, сделать так, чтобы по запросу типа «нарушения прав человека в Узбекистане» гугл первыми выдавал ссылки на хвалебные статьи, написанные сотрудниками фирмы.

Разразился большой скандал. У Лондона сформировался имидж столицы «черного пиара», с которым пообещал бороться бывший британский премьер Дэвид Кэмерон. При этом сам Тимоти Белл своих клиентов совершенно не стеснялся и не раз в интервью подчеркивал, что каждый достоин справедливого изложения своей позиции в общественной дискуссии.

В числе клиентов Bell Pottinger была и Беларусь. В конце 2000-х годов отношения Александра Лукашенко и Владимира Путина были сильно испорчены конфликтом из-за пошлин на российские энергоносители, и Лукашенко начал задумываться о налаживании отношений с западными странами. В этом ему вызвались помочь Bell Pottinger, а кампанию по «управлению репутацией» Лукашенко разрабатывал лично Тимоти Белл.

Кампания закончилась провалом, а сотрудничество Bell Pottinger с белорусскими властями было расторгнуто досрочно. В прессе, кроме отдельных статей и упоминаний Лукашенко через запятую с прочими клиентами Белла, почти не найти подробного описания этих событий; их непосредственные участники и свидетели неохотно вспоминают о них даже 12 лет спустя, большинство готово говорить об этом лишь на условиях анонимности. Но «Медузе» удалось восстановить детали и хронологию этой операции, а также выяснить, кто еще, кроме Александра Лукашенко и лорда Тимоти Белла, участвовал в этом партнерстве.

Как Bell Pottinger помогала Беларуси

Из свидетельств бывших сотрудников Bell Pottinger и документов, предоставленных «Медузе», известно, что над белорусской кампанией примерно с середины 2008 года работала целая команда из сотрудников нескольких отделов фирмы. Например, политический отдел работал над изменением имиджа Беларуси как «последней диктатуры Европы» и крайне негативного образа страны в иностранной прессе. Также этот отдел помогал белорусским властям избавиться от международной изоляции, снять санкции и наладить связи с организациями типа МВФ и Всемирного банка, которые потенциально могли бы помочь белорусской экономике пережить разрыв торговых связей с Россией. Другие отделы помогали западным журналистам договориться об интервью с белорусскими чиновниками и организовывали пресс-туры в страну. По результатам этих туров в зарубежных газетах и журналах выходили статьи и приложения, посвященные новому направлению для путешествий. Еще один отдел занимался повышением инвестиционной привлекательности Беларуси и сотрудничал с ведущими деловыми изданиями.

Однако кампания по улучшению имиджа Беларуси часто натыкалась на недопонимание с обеих сторон, рассказали «Медузе» источники, знакомые с ее деталями. Белорусы были уверены, что пиар-услуги Bell Pottinger заключаются просто в организации позитивных публикаций о Беларуси в западных СМИ, и возмущались, когда в этих публикациях появлялись «вредные» темы вроде политических репрессий. «Я тогда писал статью про формирование белорусского IT-сектора, а Bell Pottinger помогали мне с контактами нужных людей и ответственных за эту индустрию чиновников, — рассказывает „Медузе“ британский журналист, попросивший не называть его имени. — И среди прочих я поговорил и с белорусскими оппозиционерами. И когда статья вышла, люди из Bell Pottinger возмущались — мол, я ввел их в заблуждение и написал политическую статью». Журналист вспоминает, как описал ему возникшую проблему сотрудник Bell Pottinger: «Реакция администрации Лукашенко на мою статью, по его словам, была „ужасной“ — они думали, что [Bell Pottinger] могут контролировать тематику моих статей». Вскоре после этого правительство Лукашенко прекратило сотрудничество с Bell Pottinger, и британский журналист слышал, что белорусы остались крайне недовольны, так как думали, что просто покупают положительные статьи о Беларуси в прессе.

Случались и серьезные казусы. Например, в ноябре 2008 года газета Financial Times выпустила специальное приложение, посвященное Беларуси как привлекательному направлению для зарубежных инвестиций (оно было приурочено к Белорусскому инвестиционному форуму, который проходил в Лондоне в конце ноября того же года). «Медузе» удалось найти в архивах копию газеты с этим приложением. По контурам флага видно, что вместо государственного красно-зеленого флага Беларуси дизайнер по ошибке использовал бело-красно-белый, который использует оппозиция.

Бывший в 2008–2009 годах послом Великобритании в Беларуси Найджел Гоулд-Дэвис встречался с лордом Беллом, сотрудниками его компании и был непосредственным свидетелем работы Bell Pottinger по улучшению имиджа страны. Итоги этой работы, сказал он в интервью «Медузе», его «не впечатлили»: «На мой взгляд, они не очень понимали, чем они занимались. Конкретные результаты этой работы было увидеть довольно сложно. Их задачей было улучшение международного имиджа режима Лукашенко, когда он пытался налаживать связи с Западом, — но в этом они совсем не преуспели». От ляпов типа перепутанного флага Беларуси в Financial Times люди Лукашенко были «в бешенстве», вспоминает бывший посол.

Автор биографии Тимоти Белла и книги о российских олигархах «Лондонград: из России с наличностью» Марк Холлингсуорт рассказывает «Медузе», что это был типичный подход его героя: «Он сначала раздавал обещания, заламывал цену за свои услуги, а потом начинал думать, как эти обещания выполнить. По сути, он торговал своей славой как человека, который выиграл три предвыборных кампании подряд за Маргарет Тэтчер — которую Лукашенко, как и многие другие, наверняка боготворил. Разумеется, он не был способен исправить международный имидж Беларуси, потому что это жестокий диктаторский режим. Ему стоило бы осторожнее раздавать подобные обещания, но такой уж он был человек».

Кто платил за эту кампанию?

В отношениях между Bell Pottinger с властями Беларуси участвовала и некая неназванная третья сторона — ее упоминания есть в публикациях об этом сотрудничестве. Например, в недавней большой статье журнала The New Yorker об истории лорда Белла и Bell Pottinger это сформулировано так: «Партнер Bell Pottinger сообщил [автору статьи], что от белорусского контракта отказаться было несложно — в какой-то момент российский куратор Лукашенко перестал платить по счетам». А в материале лондонского «Бюро расследовательской журналистики» от декабря 2011 года говорится: «Действие белорусского контракта Bell Pottinger закончилось в 2009 году. Хотя считалось, что их услуги оплачивал Лукашенко — или его правительство, — во время встречи [на которую журналисты пришли под видом представителей потенциального клиента] журналистам „Бюро“ сообщили, что на самом деле по счетам платил „обеспеченный доброжелатель со значительными интересами в Беларуси“». Сам Белл упорно отрицал наличие какой-либо третьей стороны в сотрудничестве с белорусскими властями: «Все счета мы выставляли правительству Беларуси, и все счета оплачивали именно они», — заявлял он в интервью лондонской газете The Independent в 2011 году.

На самом деле, как установила «Медуза», реальным заказчиком по контракту между Bell Pottinger и властями Беларуси был Борис Березовский. Это подтверждают «Медузе» несколько непосредственных участников той кампании, попросивших сохранить их анонимность, источник, лично знакомый с лордом Беллом, а также сам Тимоти Белл — в одном из последних прижизненных интервью, с неопубликованными расшифровками которого удалось ознакомиться «Медузе». Это интервью Белл дал в конце 2018 года, за несколько месяцев до своей смерти, южноафриканскому журналисту Ричарду Поплаку для документального фильма режиссера Дайаны Ниэлле о Bell Pottinger «Влияние» (The Influence), премьера которого прошла на кинофестивале «Санденс» в США в январе 2020 года.

Из воспоминаний Тимоти Белла следует, что именно Березовский взялся оплатить счета Bell Pottinger за белорусскую кампанию — но так этого и не сделал, по крайней мере, не в полном объеме, если верить самому лорду Беллу. По его подсчетам, эта операция должна была стоить около трех миллионов фунтов стерлингов. Белл и Березовский были давно знакомы и поддерживали близкие отношения. Березовский, по словам Белла, платил ему около ста тысяч фунтов в месяц за различные услуги по пиару. Самой известной из них была фотография друга Березовского Александра Литвиненко, сделанная в его больничной палате незадолго до его смерти после того, как Литвиненко был отравлен полонием в Лондоне в 2006 году. Этот снимок, обошедший весь мир и ставший буквально символом жестокости режима Путина, был сделан по заказу агентства Bell Pottinger.

Нехорошая квартира Березовского

То, как строилось сотрудничество между властями Беларуси, фирмой Bell Pottinger и Борисом Березовским, подробно описал в интервью «Медузе» соратник последнего, общественный деятель и правозащитник Александр Гольдфарб. Идея этого проекта, говорит Гольдфарб, целиком принадлежала Березовскому. «Где-то в 2008 году он [Березовский] разгорелся идеей оторвать Батьку от Путина, — рассказывает Гольдфарб. — Если вы помните, в это время у Батьки с Путиным были напряженные отношения. Про него делали фильмы типа „Крестный батька“, путинские СМИ его всячески мочили, обижали и говорили про него всякие гадости. А Батька в это время, со слов Бориса Абрамовича, очень возмущался: я, говорит, ничем не отличаюсь от Саакашвили, он делает абсолютно то же самое, что и я, только Саакашвили почему-то друг Запада и проводник демократии, а я последний диктатор Европы. Это несправедливо. У Саакашвили больше людей сидит, чем у меня».

Тогдашний британский посол в Беларуси Найджел Гоулд-Дэвис в беседе с «Медузой» вспоминает, что для Лукашенко эта попытка поворота лицом к Западу имела очень большое значение и в этот проект он был готов вложить значительные средства. А для Березовского, говорит Александр Гольдфарб, это был в первую очередь политический проект по созданию некоего межрегионального альянса стран — транспортировщиков российской нефти, в которую должны были войти в том числе Беларусь и Украина. Члены этого альянса могли бы сообща диктовать свои условия по тарифам за транзит российской нефти — что, по замыслу Березовского, помогло бы ему навредить Путину. Но не забывал при этом Березовский и про свои финансовые интересы: у него были планы на белорусские госпредприятия, на приватизации которых он рассчитывал заработать (об этом говорит «Медузе» и Александр Гольдфарб, и вспоминал Тимоти Белл: «Борис вплотную подобрался к какому-то контракту на поставку меди, на котором он намеревался заработать очень много, сотни миллионов»).

Главным препятствием на пути к осуществлению этого плана был сам «последний диктатор Европы», который был настроен на сотрудничество с Западом, но с 1996 года находился под жесткими санкциями за многочисленные нарушения прав человека, в том числе исчезновения и убийства членов оппозиции, а также неоднократную фальсификацию выборов. Они были последовательно, в течение десяти с лишним лет, наложены на самого Лукашенко, его ближайшее окружение, а также ряд системообразующих белорусских предприятий, в том числе «Белнефтехим» и «Нафтан».

В окружении Лукашенко, рассказывает Гольдфарб, в это время было две фракции: пророссийская и прозападная. «Пророссийская партия — это КГБ, люди типа [Виктора] Шеймана и некоторые олигархи, которые были завязаны с российскими олигархами. В основном это были политические [деятели] и силовые люди, которые не хотели либерализации, потому что им было чего терять», — описывал эту партию Гольдфарб. В прозападной фракции лидировали старший сын президента, дипломат Виктор Лукашенко, и нынешний министр иностранных дел Беларуси Владимир Макей, тогда руководивший администрацией президента. Именно он курировал сотрудничество с Bell Pottinger, говорят источники «Медузы». Об этом же говорится и в воспоминаниях Тимоти Белла: в них Макей фигурирует как таинственный «парень по имени Мэкки». Источник, близкий к покойному лорду Беллу, рассказал «Медузе», что, по воспоминаниям пиарщика, работать с этими людьми было все равно что оказаться в фильме про Джеймса Бонда. Сам Макей не ответил на вопросы «Медузы», направленные через пресс-службу МИД Беларуси.

Березовский лично организовал встречу Александра Лукашенко, с которым он был давно знаком, и Тимоти Белла, рассказывают «Медузе» Гольдфарб и еще один источник, близко знакомый с Беллом. «Великан, который нависает над тобой с таким видом, как будто готов, не раздумывая, убить тебя за малейшую дерзость», — так описывал сам Белл своего нового клиента в интервью. Лукашенко поручил прозападной фракции своего окружения наладить сотрудничество с Bell Pottinger. Лорд Белл, по словам Гольдфарба, представил разработанный лично им подробный план по постепенной либерализации политической системы Беларуси по модели Испании в последние годы режима Франко: выпустить из тюрем политзаключенных, разрешить умеренную деятельность оппозиции, постепенно двигаться к либерализму, но маленькими шажками, чтобы не допустить резкого падения режима. Такими же постепенными шагами Белл предложил идти и Лукашенко, чтобы убедить его потенциальных западных партнеров в последовательности реформ.

Лукашенко одобрил план и выделил Березовскому особняк с усиленной охраной под Минском, где и расположилась временная штаб-квартира Bell Pottinger по управлению проектом — «нехорошая квартира Березовского», как ее назвал в разговоре с «Медузой» Гольдфарб. Все расходы этого офиса, говорит он, Борис Березовский взял на себя.

Провал «западного проекта» Лукашенко

Но в итоге из этой затеи ничего не вышло, и «короткий несчастливый год в истории Bell Pottinger», как называет его Найджел Гоулд-Дэвис, закончился досрочно в середине 2009 года. Перед парламентскими выборами в сентябре 2008 года Лукашенко, как и обещал, отпустил из белорусских тюрем нескольких политзаключенных, в том числе одного из лидеров оппозиции и кандидата на президентских выборах 2006 года Александра Козулина, арестованного сразу после выборов. Но обеспечить хотя бы видимость свободного голосования он так и не решился. На выборах в палату представителей Национального собрания Беларуси не прошел ни один кандидат от оппозиционных партий, наблюдателей не допустили к подсчету голосов, а представитель ОБСЕ заявил, что, несмотря на незначительные улучшения процедуры, выборы не соответствовали мировым демократическим нормам.

К концу 2009 года стало ясно, что «западный» проект Лукашенко оказался нежизнеспособным. Контракт Bell Pottinger закончился взаимным разочарованием и был расторгнут досрочно, представители фирмы покинули Беларусь, а Тимоти Белл занялся другими проектами. Сам Березовский задержался в Минске, но и его время там подходило к концу. По словам Александра Гольдфарба, Березовский находился в Беларуси под личными гарантиями безопасности самого Лукашенко, несмотря на возражения британских спецслужб, которые должны были следить за сохранностью высокопоставленного политического беженца и опасались, что он станет жертвой мести со стороны российских спецслужб. Ситуация резко изменилась после президентских выборов 2010 года, на которых Лукашенко набрал почти 80% голосов, но этот результат не признала ни одна западная страна, а акции протеста оппозиции после выборов закончились массовыми задержаниями и избиениями других кандидатов в президенты и их сторонников. «У батьки не выдержали нервы», — так описывает это Гольдфарб.

Процесс западной интеграции после этого, говорит он, полностью прекратился, а Березовского с соратниками попросили покинуть страну. «Нам сказали: „Ребят, давайте уматывайте отсюда, потому что сейчас тон задают другие люди“, — рассказывает Гольдфарб „Медузе“. — То есть если до этого всем заведовала администрация президента, то теперь стало заведовать КГБ, а за КГБ стояла Москва. И мы быстренько смотали манатки, освободили помещение и уехали. А Березовскому Батька сказал: „Борис, извини, я больше не могу гарантировать тебе безопасность, теперь у нас другая история, так что ты больше тут не появляйся“».

Всеобщее поражение

Та попытка Александра Лукашенко наладить связи с западным миром закончилась поражением. Деятели белорусской оппозиции в интервью иностранным СМИ умоляли Запад оставить попытки задобрить Лукашенко, потому что это лишь «продлевает мучения народа Беларуси». Bell Pottinger, по словам Тимоти Белла, не только ничего не заработала на этой кампании, но даже не возместила свои расходы.

Через три года после окончания контракта Bell Pottinger в Беларуси Березовский, проигравший в лондонском суде дело против Романа Абрамовича, был вынужден занимать деньги на оплату многомиллионных судебных издержек — по словам Белла, у него в том числе. Свои долги Беллу — по словам последнего, около миллиона фунтов — Березовский так и не выплатил. Спустя полгода после завершения суда с Абрамовичем, в марте 2013 года, его нашли мертвым в собственном доме в английском графстве Беркшир.

Вскоре и сама Bell Pottinger развалилась под тяжестью связанных с ней скандалов. Фатальным для фирмы оказался контракт с семьей южноафриканских бизнесменов индийского происхождения Гупта, связанных с правящей партией тогдашнего президента ЮАР Джейкоба Зумы, — по их заказу фирма разжигала расовую ненависть в стране ради политической выгоды своих клиентов. После того как об этом контракте узнали журналисты, совет директоров Bell Pottinger уволил лорда Белла из его собственной компании, потом ее покинули все клиенты, в 2017 году Bell Pottinger обанкротилась и перестала существовать. Еще через два года умер лорд Тимоти Белл.

Но одно свидетельство работы этой кампании на Лукашенко можно до сих пор наблюдать на фотографиях с парадов и других официальных мероприятий в Минске. По словам одного из журналистов, сталкивавшихся с «белорусским проектом» Bell Pottinger, лорд Белл посоветовал Александру Лукашенко обратить внимание на свой личный имидж и культивировать образ семейного человека, более доступный для публики. Якобы именно с тех пор Лукашенко стал часто появляться на публике в компании своего младшего сына Николая. Прямых подтверждений этому «Медузе» найти не удалось; однако Тимоти Белл в своих интервью нередко заострял на этом внимание и хвалил Александра Лукашенко за совместную фотографию с маленьким Колей на избирательном участке во время парламентских выборов 2008 года.

Автор: Алексей Ковалев

Редактор: Татьяна Лысова