В Колумбии стало слишком много кокаина

Он довел страну до кризиса: сотни тысяч человек не могут найти достойную работу, некоторые деревни голодают, а власти ничего не могут сделать

Более 200 тысяч гектаров в Колумбии засеяно кокой — растением, из которого делают кокаин. Размеры плантаций уже в пять раз больше, чем было во времена легендарного наркобарона Пабло Эскобара. Кокаин для Колумбии — второй после нефти экспортный продукт, в производстве которого задействовано более миллиона человек. Однако вот уже два года, как местное производство находится в кризисе, а сотни тысяч человек оказались без стабильной работы. Доходы фермеров упали до минимума, некоторые деревни буквально голодают, но отказаться от производства наркотика фермеры все равно не могут — ни одна легальная культура не может конкурировать по рентабельности с кокаином. «Холод» рассказывает, как наркотик подорвал экономику целой страны.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

Долгое время рынок кокаина в Колумбии держался на крупных наркокартелях, будь то банды Кали или организации «кокаинового короля» Пабло Эскобара. Но в конце 1990-х годов нелегальный бизнес перешел в руки крупных повстанческих организаций, которые воевали с властями Колумбии. Речь идет о Революционных вооруженных силах Колумбии (FARC) и Армии национального освобождения (ELN). Повстанцы регулировали рынок, подобно картелям Пабло Эскобара, контролируя весь процесс от сбора листьев коки до поставок готового наркотика за границу.

За счет продаж кокаина повстанцы спонсировали войну против правительства, которая продолжалась более 50 лет вплоть до середины 2010-х годов. За это время вооруженные группировки наладили производство и экспорт кокаина в промышленных масштабах — колумбийский кокаин захватил мировые рынки.

Однако все изменилось, когда самая крупная в стране вооруженная группировка, леворадикальная FARC, отошла от дел. FARC финансировала свое существование и войну за счет продажи кокаина, но забросила бизнес после заключения мирного соглашения с правительством 26 сентября 2016 года. А недавно, в 2023 году, и ELN договорилась с правительством о прекращении огня и тоже постепенно выходит из наркобизнеса.

Исход крупных игроков раздробил некогда организованный и единый рынок производства кокаина в Колумбии на сотни независимых анклавов, которые держат около 500 мелких банд. Сложности с организацией производства, поставками и экспортом резко ударили по местному рынку: мелкие банды слишком слабы, чтобы организовать масштабное производство и не справляются со сложной логистикой, поэтому их основные производственные мощности сосредоточены преимущественно в городах у границы, поскольку отсюда перевозить товар в соседние страны намного легче.

Национальная катастрофа

Раскол наркорынка в Колумбии начал ощущаться два года назад. Хотя еще в 2022 году Управление ООН по наркотикам и преступности фиксировали абсолютный рекорд производства кокаина — за год оно выросло на 24%. Резкий рост внутреннего производства привел к скачку экспорта — доходы Колумбии от продажи порошка по итогам 2022 года выросли до 18,2 миллиарда долларов, хотя годом ранее составляли только 12 миллиардов.

«Мы наблюдаем объемы производства, о которых Пабло Эскобар мог только мечтать», — говорил на условиях анонимности американский чиновник, потративший много лет на борьбу с наркотиками в Колумбии.

В 2022 году экспорт кокаина составлял примерно 5,3% ВВП Колумбии, выше показатель был только у нефтяной отрасли: экспорт нефти принес стране 19,1 миллиарда долларов. Однако 2022 год стал последним, когда продажа кокаина росла и била рекорды, невзирая на прогнозы агентства Bloomberg, согласно которым доходы от экспорта кокаина должны были обогнать доходы от продажи нефти, — этого, по всей видимости, не произошло.

Невозможность для мелких банд наладить торговлю кокаином в центральной части Колумбии ударила по местным жителям, для многих из которых выращивание коки по-прежнему остается единственным средством заработка. Из-за проблем с логистикой наркотик просто начал копиться — местные жители не могут его продать, из-за чего цены на кокаиновую пасту пошли резко вниз.

«Люди, которые продают [листья коки] сейчас, продают их себе в убыток», — рассказывает колумбийка Ольмер Перес Бальмаседа, чья семья зарабатывает на жизнь выращиванием кокаиновых кустов.

В некоторых регионах Колумбии цены на коку упали почти в два раза — именно такое падение фиксировали в департаменте Каука на юго-западе страны. Если в 2022 году 12,5 килограммов собранных листьев можно было продать по 70 тысяч песо, то есть по 17,25 доллара, то в 2023 году цены за такой же объем собранных листьев упали до 38 тысяч песо, или 9,29 доллара.

Кокаин в обмен на завтрак

Раздробленность рынка привела к тому, что в 55% регионов Колумбии продажи коки резко упали, а в центральных городах производство просто остановилось. Не затронул кризис только приграничные районы: например, в регионе Нариньо, который расположен недалеко от Эквадора, цены не менялись.

Для более чем миллиона граждан Колумбии сбор коки — единственный источник заработка, поэтому падение цен на коку — серьезный удар по их благосостоянию. Жители деревень в районе реки Кататумбо, исторически богатом кокой регионе, уже начали голодать.

В некоторых населенных пунктах, как, например, в Каньо-Кабра в центральной части страны, всем давно заправляют местные бандиты. Здесь нет официальных органов власти, водопровода или государственной школы. Распорядок дня местных жителей не менялся годами: с самого раннего утра они собирали листья коки, перерабатывали их в пасту, а затем перепродавали наркоторговцам — так они зарабатывали себе на жизнь.

«Это наносит вред человечеству, и мы это осознаем. Но для нас это означает здоровье, это означает образование, это означает пропитание семей в регионах», — говорил Джефферсон Паррадо, президент руководящего совета в районе, где находится Каньо-Кабра.

Но все поменялось два года назад, когда наркоторговцы перестали вести дела с жителями Каньо-Кабра. Люди потеряли доход, еды стало не хватать, и в итоге деревня опустела: из 200 жителей осталось лишь 40, все остальные уехали в поисках работы.

42-летняя колумбийка Ямиле Эрнандес — одна из тех, кто остался в Каньо-Кабра и продолжает собирать коку. Она работает, чтобы ее дети могли учиться в школе-интернате соседнего города.

«Мы все уже давно не едим мяса, потому что его негде и не на что купить», — жалуется Эрнандес.

Она хочет дать детям образование, чтобы они не повторили ее судьбу: женщина с самого детства собирает коку на плантациях. На каникулах 16-летняя Валентина и 14-летний Мануэль помогали матери на плантациях. Семья получает ничтожные деньги и в основном работает ради бесплатного завтрака, которым их кормит владелец фермы.

Без альтернатив

На нынешнюю ситуацию во многом повлияла политика президента Колумбии Густаво Петро, который шел на выборы в 2022 году с амбициозным планом борьбе с наркотрафиком в стране. Первый президент левых взглядов за всю историю страны сосредоточил силы исключительно на борьбе с крупными плантациями и наркобаронами. Простых же фермеров вроде жителей Каньо-Кабра план Густаво Петро почти не касается — наоборот, власти предлагают мелким фермерам добровольно отказаться от выращивания коки в пользу легальных культур: какао, кофе или фруктов.

Предыдущие власти также рассчитывали, что фермеры добровольно откажутся от выращивания коки, для чего даже запустили стимулирующую программу — она позволяла получить субсидии в случае отказа от выращивания коки. Однако эффективность программы оказалась слишком низкой — только 1% фермеров, участвовавших в программе, смогли получить деньги. А некоторые фермеры и вовсе возвращались к выращиванию коки, чтобы потом снова от нее отказаться, надеясь получить деньги.

Единственное отличие от предыдущего правительства — до Петро власти преследовали фермеров, выращивающих коку. Теперь же правительство проводит различие между производством кокаина и выращиванием коки, которую используют в том числе и в легальных целях (например, в удобрениях и настойках). Однако и этот подход называют неудачным. Такая политика никак не препятствует выходу новых торговцев на рынок, раз государство не мешает частникам выращивать коку, считает бывший посол США в Колумбии Кевин Уитакер.

Колумбийский политик Джефферсон Паррадо прогнозирует, что в новых реалиях колумбийцам придется учиться зарабатывать на чем-то более легальном, чем продажа наркотиков. Например, многие могли бы разводить крупный рогатый скот. Однако нищета и безработица, вызванная кризисом наркорынка, вынуждает колумбийцев соглашаться на любую работу. Например, мужчины все чаще вступают в банды, а некоторые перешли на незаконную добычу золота.

Правительство пытается помочь оставшимся без дохода жителям — в июле 2023 года некоторые фермеры получили пособие «на случай непредвиденных обстоятельств». Власти крайне заинтересованы в массовом переходе фермеров из нелегального в легальный сектор, однако пока в Колумбии просто невыгодно продавать другие культуры из-за сложностей с логистикой и хранением. В таком случае кокаин, который может храниться гораздо дольше, чем, например, фрукты, остается чуть ли не единственным рентабельным вариантом.