«Мы тебя убьем»

35-летнего Артема Филина из Подмосковья объявили самовольно оставившим часть с 1 августа 2025 года — с той даты, когда он лежал в госпитале после операции с осколочным ранением груди и живота. Об этом ASTRA рассказал сам Филин.

С 2018 года Филин сидел по приговору о распространении наркотиков, в ноябре 2024-го подписал контракт и оказался стрелком-помощником гранатометчика в штурмовой роте 19-го танкового полка в районе Кременной в «ЛНР». В декабре он подорвался в лесополосе и, по его словам, неделю пролежал раненым, пока его не забрали. Автомат остался на месте.

1 апреля 2025 года военный следователь в Луганске Гурам Масмалиев завел на Филина дело об утрате оружия (ч. 2 ст. 348 УК). Филин говорит, что автомат с тем номером, который фигурирует в деле, ему вообще никогда не выдавали.

Допрашивали Филина 9 апреля, без адвоката. Он утверждает, что на допросе к нему применяли физическую силу. Адвокат Юрий Руденко, чья подпись стоит в протоколе (документ есть в распоряжении ASTRA), с ним, по словам Филина, вообще не встречался. Протокол при этом датирован 10 апреля — а когда нанятый Филиным защитник Александр Сидоров показал следователю, что 10-го его клиента там быть не могло, Масмалиев переправил в протоколе «10» на «01».

30 мая дело приостановили с формулировкой, что подозреваемый участвовать в следствии не может. Через пять месяцев заместитель начальника того же отдела Николай Пучковский письменно подтвердил, что Филин регулярно бывал на вызовах следователя. Позднее его снова отправили на фронт.

29 июля 2025 года Филин получил осколочное ранение груди и живота, ему делали операцию с удалением осколка из брюшной полости. По его словам, его направляли в 442-й военный госпиталь, потом в филиал госпиталя им. Бурденко, потом в медцентр «Вороновское» в Москве. 20 августа он ушел оттуда сам: живот так и не зашили, лицевую боль не лечили, зуб предложили просто вырвать на месте, а вместо лечения пообещали выписать в часть. На следующий день вернулся — не приняли, оформили выписку «с нарушением». Без направления Филин не мог попасть ни в один военный госпиталь, лег в гражданский и сам пришел к следователю с повинной. Ему дали направление на медкомиссию, и полгода он отмечался в комендатуре Москвы.

Это не помешало командиру в/ч 11744 — 11-й танковой бригады, — приказом от 11 октября задним числом объявить его самовольно оставившим часть с 1 августа, то есть с даты, когда он лежал на реабилитации. В ноябре на него завели второе дело — о самоволке (ч. 5 ст. 337 УК). Явка с повинной, по словам Филина, из материалов пропала. Второе дело из Москвы тоже передали в Луганск — туда, где на него уже вели первое.

С августа Филину не платят оклад. Категорию «В» (ограниченно годен) ему дали в феврале 2026-го, но в апреле не утвердили: потребовали контрольного обследования в госпитале им. Бурденко. Там в нем отказали, сославшись на необходимость направления от следователю. Ехать к следователю снова Филин боится: оттуда, считает он, его этапируют в Луганск.

По прописке в подмосковном Дзержинском он больше не живет. По его словам, после каждой его жалобы к дому приезжают неизвестные — представляются «операми с Петровки, 38», стучатся домой с угрозами «Мы тебя убьем». Филин также рассказывает, что неизвестные говорят матери, что сына посадят на 25 лет и что «если он попадет на Украину, вы его больше не увидите». В квартиру заходили без спроса, запугивали соседа. На Петровке, по словам Филина, о таких сотрудниках ничего не знают, в отделе собственной безопасности полиции — тоже.

11-я танковая бригада (в/ч 11744) уже фигурировала в подобных историях. Телеграм-канал «Пленные СВО» писал о том, что в штурмовых ротах бригады живых записывают в пропавшие без вести, «людей объявляют дезертирами, даже если последние данные — с передовой».