«Еще чуть-чуть — и из Pussy Riot сделают Нельсона Манделу», — пишут комментаторы в Фейсбуке. Иронично, даже цинично, но очень близко к истине. Три русские девушки — Nadya , Katya и Masha , в данную минуту сидящие на скамье подсудимых в Хамовническом суде, вызвали беспрецедентный вал поддержки со стороны западных культурных деятелей с мировыми именами — особенно со стороны иностранных музыкантов.

Надежда Толоконникова, на момент ареста самая известная участница феминистской панк-группы Pussy Riot , уже пять месяцев находится в СИЗО № 6 «Печатники». На улицу Шоссейная трехэтажное здание тюрьмы смотрит глухими стенами — окна камер выходят во внутренний двор, исключая даже зрительный контакт с волей. За это «шестерку» прозвали «Бастилией». Отправляя несколько недель назад вопросы для Нади в обход подцензурной системы «ФСИН-Письмо», я не была уверена, что получу ответ.

Я заранее оговорюсь: я — совсем не политический журналист. Я пишу об искусстве, иногда о взаимных вторжениях искусства и политики друг в друга. История группы Pussy Riot , конечно, — самое важное, что произошло недавно в этой пограничной сфере. Казалось бы, начало суда над художницами должно окончательно перевести историю в политическую плоскость. Этого не происходит. Любые политические вопросы — в первую очередь о том, произносилась ли в ХХС фамилия президента, — снимаются.