Илья Мильштейн. Courtesy photo Великие стихи пишутся по-разному, но едва ли хоть когда-нибудь от хорошей жизни. Великие стихи нередко диктуются болью, отчаянием, смертной тоской. Например, узнает поэт о землетрясении в Армении и слагает вдруг такие строки: Я устал от двадцатого века, От его окровавленных рек. И не надо мне прав человека, Я давно уже не человек. В самом деле, какие права у замурованного под бетонными глыбами. У выжившего, но потерявшего семью.