Эпиталамий Помнишь, как зимой мы прибыли на остров? Море поднимало к нам чашу холода. На стенах лианы шептали, роняя тёмные листья нам под ноги. Ты тоже была маленьким листом, дрожавшим у меня на груди. Ветер жизни поместил тебя туда. Сначала я тебя не видел: не знал, что ты идёшь рядом со мной, пока твои корни не пробили мою грудь, не сплелись с нитями моей крови, не заговорили через мой голос, не зацвели вместе со мной.

Эффективность определяется не инструментами, которые используются, а тем что все эти инструменты остаются невидимыми для тех на кого направлены — и эта невидимость существует одновременно на трёх уровнях. Государственные цели скрыты за культурной формой. Никто не думает о Министерстве культуры, когда смотрит дораму. Политическое желание заполучить поддержку скрыто за аффективной лояльностью. Влияние ощущается как личная привязанность, а не как инструмент.

В книге «Нужно ли спасать мусульманских женщин?» (2013) палестино-американская антропологиня Лила Абу-Лугод разбирает один из самых устойчивых мифов западной политики, медиа и феминизма — представление о мусульманских женщинах как о беззащитных жертвах, которых нужно спасать. По её мнению, этот образ говорит куда больше о самих западных нарративах и глобальных иерархиях власти, чем о реальной жизни женщин в мусульманских обществах.

Почему я не лаканист? А ведь вы спросите — почему я лаканистом не стал — так, чтоб вот до мозга гостей, чтоб полностью, на сто процентов, до конца, без остатка? И правда ведь — трудно меня назвать лаканистом, не лаканист я. То цитату его выставлю, так, вырванную из контекста, то семинар его открою почитать, есть у меня несколько на самом деле, на книжной полке лежат. Бывает и на конференцию какую схожу, где на него ссылаются.

Петербург, как живой организм, пронизан сенсорами. Его мостовые поглощают данные, инфраструктура испускает цифровой пар, а сети камер фиксируют каждое движение. На этом фоне уличный фотограф с камерой кажется анахронизмом. Но именно его осознанный взгляд через объектив вызывает у прохожего мгновенное сопротивление — тот самый «внутренний стоп-кран».